Любые студенческие работы - ДОРОГО!

100 р бонус за первый заказ

Поделись с друзьями

А. Н. Островский являлся преемником и продолжателем реалистических традиций в русской литературе. В своих произведениях драматург отразил современную ему действительность, характерные для того времени типы, образы, показал существовавшие порядки, их кризис и возникшие в связи с этим противоречия в обществе. Одно из ярчайших произведений Островского — трагедия "Гроза», в которой автор поднял проблему существования свободной личности в условиях патриархального домостроевского общества.


                Драматические произведения всегда строятся на конфликте, и в такой самобытной, многогранной пьесе, как "Гроза», характер поднимаемой проблемы, обилие действующих лиц и сложность системы образов обусловливает наличие нескольких конфликтов. В трагедии описывается быт провинциального поволжского городка Калинова, живущего по не лучшим положениям "Домостроя». Калиновское общество устарело и переживает кризис, ломку, вследствие чего само по себе конфликтно: старшее поколение (Дикой, Кабаниха) поучает млад шее (Борис, Тихон, Варвара, Катерина), причем делает это в настолько явной, неприкрытой форме, что весь город знает об отношениях в их семьях, хотя, например, Кабанова предпочитает тиранить ближних не на людях, а дома (как говорит Кудряш: "Ну, да та хоть, по крайности, все под видом благочестия, а этот (Дикой) как с цепи сорвался!»). Конфликт "отцов и детей» — не единственный: разногласия возникают как между представителями старшего поколения (разговор Дикого и Кабанихи, действие третье, явление второе), так и в среде молодежи — например, Варвару раздражает забитость и покорность Тихона ("Скучно мне глядеть-то на тебя», — говорит она). Эти мелкие противоречия поддерживают общество в состоянии напряженности и раздражения; конфликты в калиновском мире в принципе статичны и не имеют столь ярко выраженного развития, как главный конфликт трагедии — конфликт главной героини, Катерины, и калиновского общества.


                Завязкой этого конфликта можно считать свадьбу Катерины и ее переезд в дом Кабановых. Из привычной среды всеобщей любви, гармонии, религиозности главная героиня попа дает в атмосферу лживости, обмана, тирании. Катерина не похожа ни на одного из членов этого общества: ее душевная прямота и безыскусность противопоставлены грубовато-простой изворотливости Варвары, широта, страстность натуры — слабости и покорности Тихона; чуткость, тонкость, живость восприятия окружающего мира — тупому догматизму Кабанихи. Не привыкшая быть в чем-то ограниченной, Катерина жаждет внутренней свободы, но свобода здесь выступает не как осознанная необходимость, а как стихийная, неподвластная разуму жажда независимости, возможности дать выход своей страстности, и Катерина находит выход своим чувствам в любви к Борису. В душе главной героини возникает конфликт чувства и долга: с одной стороны, любовь захватывает ее полностью и требует духовной пищи для развития; с другой стороны, Катерине, с детства впитавшей основы христианского учения, странно даже подумать о возможности изменить мужу.


                По сути внутренний конфликт является следствием общественного: противоречия в душе Катерины вызваны несоответствием ее нравственных запросов неспособности окружающего мира их удовлетворить. Резкий толчок развитию внутреннего конфликта дает отъезд Тихона: Катерина чувствует, что отсутствие мужа может послужить поводом к измене, она боится своей слабости и просит мужа остаться. В разговоре с Варварой она так описывает свое состояние: "Точно я стою над пропастью, и меня кто-то туда толкает, а удержаться мне не за что». Но Тихон уезжает, и калиновский мир с новой силой начинает втягивать Катерину в пучину лжи и обмана. Варвара передает ей ключ — символ греха, и Катерина уже чувствует себя во влеченной в этот грязный мир, но не находит силы из него выбраться. Десять дней гуляний с Борисом пролетают, и вернувшийся Тихон застает жену изменившейся: "Дрожит вся, точно ее лихорадка бьет; бледная такая, мечется по дому, словно чего ищет». Катерину мучает совесть: внешне приняв законы калиновского общества, изменив мужу, солгав ему и свекрови, она внутренне не изменилась, сохранив в душе моральные устои, чувство собственного достоинства.

Кульминацией и внутреннего, и общественного конфликта является сцена в саду, когда Катерина прилюдно признается в измене, не в силах больше сдерживаться, готовая на что угодно. Сцена сопровождается грозой, природной стихией, предвестницей трагедии, но вместе с тем несущей очищение, избавление от душевного груза. Однако чистосердечное признание и раскаяние в глазах калиновцев не служат смягчающими вину факторами, и Кабаниха с новым усердием принимается тиранить не только Катерину, но и Тихона (за неправильное обращение с женой). Невозможность остаться в этом мире, полном непонимания и жестокости, страшные угрызения совести, отъезд любимого толкают Катерину на страшный шаг, и развязкой обоих конфликтов явилось самоубийство главной героини.

Финал можно трактовать по-разному: Н. А. Добролюбов, на звавший Катерину "лучом света в темном царстве», видел в ее смерти отрицание домостроевских законов калиновского общества, душащих любые проявления искреннего чувства. С, другой стороны, самоубийство — всегда высшая форма эгоизма, ведь по религиозным нормам искупить грех можно только через длительное страдание, молитвы, смирение. Тогда Катерина должна была остаться в доме Кабановых, покорно принимать все колкости и оскорбления. Но если принять во внимание глубокую душевную трагедию героини, если попытаться войти в ее положение, то становится ясным, что другого выхода жестокое общество города Калинова ей не оставило и само убийство — закономерная развязка мучивших Катерину душевных противоречий, внутреннего конфликта, а также и социального — невозможности сосуществования жаждущей свободы личности и глухого патриархального домостроевского общества.

    Полемика о пьесе «Гроза» в литературной критике.

Критическая история "Грозы" начинается еще до ее появления. Чтобы спорить о "луче света в темном царстве", необходимо было открыть Темное царство".Статья под таким названием появилась в июльском и сентябрьском номерах "Современника" за 1859 год. Она была подписана обычным псевдонимом Н. А. Добролюбова - Н. - бов.

Повод для этой работы был чрезвычайно существенным. В 1859 г. Островский подводит промежуточный итог литературной деятельности: появляется его двухтомное собрание сочинений. "Мы считаем за самое лучшее - применить к произведениям Островского критику реальную, состоящую в обозрении того, что нам дают его произведения, - формулирует Добролюбов главный свой теоретический принцип. - Реальная критика относится к произведению художника точно так же, как к явлениям действительной жизни: она изучает их, стараясь определить их собственную норму, собрать их существенные, характерные черты, но вовсе не суетясь из-за того, зачем это овес - не рожь, и уголь - не алмаз..."

Какую же норму увидел Добролюбов в мире Островского? "Деятельность общественная мало затронута в комедиях Островского, зато у Островского чрезвычайно полно и рельефно выставлены два рода отношений, к которым человек еще может у нас приложить душу свою, - отношения семейные и отношения по имуществу. Немудрено поэтому, что сюжеты и самые названия его пьес вертятся около семьи, жениха, невесты, богатства и бедности.

"Темное царство" - это мир бессмысленного самодурства и страданий "наших младших братий", "мир затаенной, тихо вздыхающей скорби", мир, где "наружная покорность и тупое, сосредоточенное горе, доходящее до совершенного идиотства и плачевнейшего обезличения" сочетаются с "рабской хитростью, гнуснейшим обманом, бессовестнейшим вероломством". Добролюбов детально рассматривает "анатомию" этого мира, его отношение к образованности и любви, его нравственные убеждения вроде "чем другим красть, так лучше я украду", "на то воля батюшкина", "чтоб не она надо мной, а я над ней куражился, сколько душе угодно" и т. п.

- "Но ведь есть же какой-нибудь выход из этого мрака?" -- задается в конце статьи вопрос от имени воображаемого читателя. "Печально, - правда; но что же делать? Мы должны сознаться: выхода из "темного царства" мы не нашли в произведениях Островского, - отвечает критик. - Винить ли за это художника? Не оглянуться ли лучше вокруг себя и не обратить ли свои требования к самой жизни, так вяло и однообразно плетущейся вокруг нас... Выхода же надо искать в самой жизни: литература только воспроизводит жизнь и никогда не дает того, чего нет в действительности". Идеи Добролюбова имели большой резонанс. ""Темное царство" Добролюбова читалось с увлечением, с каким не читалась тогда, пожалуй, ни одна журнальная статья, большую роль добролюбовской статьи в утверждении репутации Островского признавали современники. "Если собрать все, что обо мне писали до появления статей Добролюбова, то хоть бросай перо". Редкий, очень редкий в истории литературы случай абсолютного взаимопонимания писателя и критика. Вскоре каждый из них выступит с ответной "репликой" в диалоге. Островский - с новой драмой, Добролюбов - со статьей о ней, своеобразным продолжением "Темного царства". В июле 1859 г., как раз в то время, когда в "Современнике" начинается печатание "Темного царства", Островский начинает "Грозу".

Органическая критика. Статья А. А. Григорьева После "Грозы" Островского"Продолжила размышления критика об одном из самых любимых и важных для него в русской литературе писателей. Григорьев считал себя, и во многом оправданно, одним из "открывателей" Островского. "У Островского одного, в настоящую эпоху литературную, есть свое прочное, новое и вместе идеальное миросозерцание. "Новое слово Островского было ни более, ни менее как народность, в смысле слова: национальность, национальный".

В соответствии со своей концепцией Григорьев выдвигает на первый план в "Грозе" "поэзию народной жизни", наиболее отчетливо воплотившуюся в конце третьего действия (свидание Бориса и Катерины). "Вы не были еще на представлении, - обращается он к Тургеневу, - но вы знаете этот великолепный по своей поэзии момент - эту небывалую доселе ночь свидания в овраге, всю дышащую близостью Волги, всю благоухающую запахом трав, широких ее лугов, всю звучащую вольными песнями, "забавными", тайными речами, всю полную обаяния страсти веселой и разгульной и не меньшего обаяния страсти глубокой и трагически-роковой. Это ведь создано так, как будто не художник, а целый народ создавал тут!"

Сходный круг мыслей, с такой же, как у Григорьева, высокой оценкой поэтических достоинств "Грозы" развивается в большой статье М. М. Достоевского (брат Ф. М. Достоевского). Автор, правда, не называя Григорьева по имени, ссылается на него в самом начале.

М. Достоевский рассматривает предшествующее творчество Островского в свете споров "западников" и "славянофилов" и пытается найти иную, третью позицию: "По нашему мнению, г. Островский в своих сочинениях не славянофил и не западник, а просто художник, глубокий знаток русской жизни и русского сердца". В очевидной полемике с добролюбовским "Темным царством" ("Эта мысль, или уж если вам лучше нравится, идея о домашнем деспотизме и еще десяток других не менее гуманных идей, пожалуй, и кроются в пьесе г. Островского. Но уж, наверное, не ими задавался он, приступая к своей драме") М. Достоевский видит центральный конфликт "Грозы" не в столкновении Катерины с обитателями и нравами города Калинова, а во внутренних противоречиях ее натуры и характера: "Гибнет одна Катерина, но она погибла бы и без деспотизма. Это жертва собственной чистоты и своих верований". Позднее в статье эта идея приобретает обобщенно-философский характер: "У избранных натур есть свой фатум. Только он не вне их: они носят его в собственном сердце".

Мир Островского - "темное царство" или царство "поэзии народной жизни"? "Слово для разгадки его деятельности": самодурство или народность?

Через год в спор о "Грозе" включился Н. А. Добролюбов.

"Самым лучшим способом критики мы считаем изложение самого дела так, чтобы читатель сам, на основании выставленных фактов, мог сделать свое заключение... И мы всегда были того мнения, что только фактическая, реальная критика и может иметь какой-нибудь смысл для читателя. Если в произведении есть что-нибудь, то покажите нам, что в нем есть; это гораздо лучше, чем пускаться в соображения о том, чего в нем нет и что бы должно было в нем находиться".

Смысл статьи Добролюбова не просто в тщательном и глубоком анализе конфликта и героев драмы Островского. К сходному пониманию еще раньше приближались, как мы видели, и другие критики. Добролюбов же сквозь "Грозу" пытается увидеть и понять существенные тенденции русской жизни, (статья пишется за несколько месяцев до крестьянской реформы).

"Луч света...", подобно "Темному царству", тоже кончается вопросом, выделенным Добролюбовым настойчивым курсивом: "...точно ли русская живая натура выразилась в Катерине, точно ли русская обстановка - во всем, ее окружающем, точно ли потребность возникающего движения русской жизни сказалась в смысле пьесы, как она понята нами?" Лучшие из критических работ обладают громадным последействием. В них с такой глубиной прочитан текст и с такой силой выражено время, что они, подобно самим художественным произведениям, становятся памятниками эпохи, уже неотделимыми от нее. Добролюбовская "дилогия" (два произведения, связанные между собой) об Островском - одно из высших достижений русской критики XIX в. Она, действительно, задает тенденцию в истолковании "Грозы", которая существует и поныне.

Но рядом с добролюбовской оформилась и иная, "григорьевская" линия. В одном случае «Гроза» была прочитана как жесткая социальная драма, в другом - как высокая поэтическая трагедия.

Прошло четыре с лишним года. "Гроза" ставилась все реже. В 1864 г. она три раза прошла в Малом театре и шесть - в Александринском, в 1865 г. - еще три раза в Москве и ни разу в Петербурге. И вдруг Д. И. Писарев. «Мотивы русской драмы»

В "Мотивах русской драмы" тоже два полемических объекта: Катерина и Добролюбов. Разбор "Грозы" Писарев строит как последовательное опровержение взгляда Добролюбова. Писарев полностью соглашается с первой частью добролюбовской дилогии об Островском: "Основываясь на драматических произведениях Островского, Добролюбов показал нам в русской семье то "темное царство", в котором вянут умственные способности и истощаются свежие силы наших молодых поколений... Пока будут существовать явления "темного царства" и пока патриотическая мечтательность будет смотреть на них сквозь пальцы, до тех пор нам постоянно придется напоминать читающему обществу верные и живые идеи Добролюбова о нашей семейной жизни". Но он решительно отказывается считать "лучом света" героиню "Грозы": "Эта статья была ошибкою со стороны Добролюбова; он увлекся симпатиею к характеру Катерины и принял ее личность за светлое явление".

Как и Добролюбов, Писарев исходит из принципов "реальной критики", не подвергая никакому сомнению ни эстетическую состоятельность драмы, ни типичность характера героини: "Читая "Грозу" или смотря ее на сцене, вы ни разу не усомнитесь в том, что Катерина должна была поступать в действительности именно так, как она поступает в драме". Но оценка ее поступков, ее отношений с миром принципиально отличается от добролюбовской. "Вся жизнь Катерины,- по Писареву, - состоит из постоянных внутренних противоречий; она ежеминутно кидается из одной крайности в другую; она сегодня раскаивается в том, что делала вчера, и между тем сама не знает, что будет делать завтра; она на каждом шагу путает и свою собственную жизнь и жизнь других людей; наконец, перепутавши все, что было у нее под руками, она разрубает затянувшиеся узлы самым глупым средством, самоубийством, да еще таким самоубийством, которое является совершенно неожиданно для нее самой."

Писарев говорит о "множестве глупостей", совершенных "русской Офелией и достаточно отчетливо противопоставляет ей "одинокую личность русского прогрессиста", "целый тип, который нашел уже себе свое выражение в литературе и который называется или Базаровым или Лопуховым". (Герои произведений И. С. Тургенева и Н. Г. Чернышевского, разночинцы, склонные к революционным идеям, сторонники ниспровержения существующего строя).

Добролюбов накануне крестьянской реформы оптимистически возлагал надежду на сильный характер Катерины. Через четыре года Писарев, уже по эту сторону исторической границы, видит: революции не получилось; расчеты на то, что народ сам решит свою судьбу, не оправдались. Нужен иной путь, нужно искать выход из исторического тупика. "Наша общественная или народная жизнь нуждается совсем не в сильных характерах, которых у нее за глаза довольно, а только и исключительно в одной сознательности... Нам необходимы исключительно люди знания, т. е. знания должны быть усвоены теми железными характерами, которыми переполнена наша народная жизнь Добролюбов, оценивая Катерину лишь с одной стороны, сконцентрировал все свое внимание критика лишь на стихийно бунтарской стороне ее натуры; Писареву бросилась в глаза исключительно темнота Катерины, допотопность ее общественного сознания, ее своеобразное социальное "обломовство", политическая невоспитанность."

Материалы по теме: