Любые студенческие работы - ДОРОГО!

100 р бонус за первый заказ

Формально композиция «Шах-наме» Фирдоуси соответствует периодам царствования пятидесяти легендарных и исторических шахов Ирана, фактически же книга состоит из трех неравных частей:

1) мифологической, повествующей о первых десяти царях;

2) богатырской, посвященной преимущественно подвигам Рустама;

3) исторической, состоящей из различных эпизодов, относящихся к периоду царствования реальных исторических царей Сасанидов.

По своему объему эта грандиозная эпопея во много раз превышает «Илиаду» и «Одиссею», вместе взятые. Однако «Шах-Наме» не версифицированная династийная история. Это эпический синтез, единственный в своем роде, удивительный по сочетанию универсальности и внутренней цельности, это собрание огромного числа мифологических преданий и исторических легенд, любовных поэм и стихотворных летописей, лирических раздумий и назиданий.

Можно выделить четыре кульминационных пункта в развертывании сюжетов в «Шах-Наме». В мифологической части — это эпизод восстания кузнеца Кавы; в богатырской — трагедия Сиявуша; в промежуточном эпизоде — описание утопической страны брахманов, куда проник Искандар; в исторической части — восстание Маздака.

            Рассмотрим подробнее каждую из частей:

А) Мифологическая часть.

В мифологической части говорится о власти древних царей, каждый из которых чему-то научил людей. Идея божественной власти характерна не только для персидско-таджикской культуры. Схожие мотивы мы можем видеть, например, в греческой мифологии. Так Эак, царь острова Эгина, и Кориф – сыновья Зевса. Подобные мотивы встречаются и в европейских культурах. В мифологической части показано, как постепенно вырастает власть человека над дэвами (дивами). Власть человеческого рода достигает апогея при мудром Джамшиде. Этот период – «золотой век» иранского народа. Но Джамшид возгордился, противопоставив себя всему сообществу людей, возомнил, что он центр Вселенной: «„Мир — это я“, — седым князьям сказал он...». Служение людей Добру Джамшид захотел заменить служением ему, и тут немедленно наступила расплата. Царь-дракон Заххак погубил его и на тысячу лет установил свою власть. Но и под властью Заххака благородные люди не перестают творить добро. Таковы дела благочестивого Арманака и прозорливого Карманака, которые каждый раз сохраняли жизнь одному из двух юношей, приносимых в жертву царю-дракону. Сановная верхушка приспособилась к Заххаку. Подлинный отпор царю-дракону готовится в среде простолюдинов во главе с кузнецом Кавой. Сцена столкновения кузнеца с царем по драматичности — один из наиболее ярких в «Шах-Наме» эпизодов. Именно Кава-кузцец возводит на царство благочестивого Фаридуна. Вся история царей Ирана, описанная в «Шах-Наме», восходит к этому восстанию.

            Мифологическая часть крайне важна в структуре поэмы. Именно она несет мудрость о добре и зле, о сопротивлении злу, и приписывает эту мудрость исключительно иранскому народу:

Пусть разум твои направляет дела;

Он душу твою не допустит до зла.

Книги о царствованиях и включенные в них поэмы имеют обязательные зачины и концовки, которые не повторяются буквально, а варьируются в зависимости от ситуации. Характерно, что, в отличие от книг всех средневековых персидских поэтов, Фирдоуси непосредственно за славословием богу помещает похвалу разуму.

Вся эпопея Фирдоуси пронизана одной, главной философской идеей— это борьба добра против зла. Силам добра, возглавляемым верховным божеством Ахурамаздой, противостоят полчища злых сил, главой которых является Ахриман. Иранцы в «Шах-Наме» олицетворяют доброе начало, их враги — злое; небезынтересно, что те из иранцев, которые выбрали для себя неправый путь, изображаются как ступившие на стезю Ахримана. Фирдоуси так и пишет: «Его совратил Ахриман». Злой дух в «Шах-наме» выступает в разном обличье, он не всегда действует сам, а большей частью исполнение своих нечестивых замыслов поручает дивам, то есть нечистой силе, выступающей в образе получеловека-получудовища.

В «Шах-Наме» окончательное торжество всегда на стороне добра. В этом плане интересен конец эпопеи: иранское государство рухнуло под сокрушительным ударом арабских войск, величие Ирана повергнуто в прах. Но идейный смысл «Шах-Наме», все призывы автора, помыслы изображенных им героев направлены на прославление своей страны. И поскольку падение Ирана изображено ретроспективно, как факт, происшедший несколько веков назад, само произведение Фирдоуси служит предостережением против повторения прежних ошибок, приведших к поражению.

Таким образом, основная мысль «Шах-Наме» — это прославление родной страны, восторженный гимн Ирану, призыв к единению разрозненных сил, к централизации власти во имя отражения иноземных нашествий, на благо страны. Иранские правители — герои «Шах-Наме» ни разу не начинают несправедливой войны, они всегда правая сторона, будь их врагами туранцы, византийцы или иные народности.

Б) Богатырская часть.

            Богатырская часть является переложением древнеиранских героических сказаний. Эта часть поэмы представляет собой народный героический эпос (сопоставимый сл средневековым эпосом германских и романских народов Западной Европы, русскими былинами, южнославянскими «юнацкими песнями» и др.)

            Ключевой персонаж этой части – иранский богатырь Рустам. Рустам является воплощением силы и мощи иранского народа. Этот образ, как и многие героические образы древних эпических поэм, отдален от оппозиции «хорошо-плохо» (ср. Зикфрид, Гектор и Ахиллес).  Фирдоуси объясняет это прежде всего наследственностью: в нем смешалась кровь Джамшида и Заххака. Рустам ищет для иранцев справедливости и чужд идеи богатства, но при этом он вспыльчив, и какой-то злой рок преследует его на протяжении жизни. Рустам родился в Забулистане, стране, лежащей на стыке Ирана и Афганистана. Появился на свет будущий герой с помощью кесарева сечения, сделать которое посоветовала его родителям волшебная птица Симург. Рустам проявил себя, ещё будучи ребёнком, богатырём, обладая необыкновенной силой, мужеством, умом и благородством. Рождённый в Иране, изображаемом в поэме как «страна света», он постоянно противостоит Турану, стране мрака и демонов, и его повелителю Афрасиабу. Находясь на службе у недалёкого и злобного шаха Ирана Кай Кавуса, Рустам совершает множество подвигов, постоянно выручая своего повелителя: побеждает дракона и льва, разрушает коварные планы злой колдуньи, побеждает и убивает дивов и демонов, освобождает из плена шаха, ослеплённого колдовством Белого Дива.

Большой помощью для героя является его боевой конь Рахш (Молния) — верный, могучий и мудрый. Когда во время сна Рустама, находящегося на охоте в Туране, Рахша похищает отряд туранцев, герой в поисках своего коня приходит в город Саманган. Здесь он влюбляется в дочь местного шаха Тахмину и женится на ней. Найдя Рахша, Рустам на следующий день после брачной ночи покидает свою жену и уезжает в Иран, а Тахмина рожает через «сорок семидневок» сына Сухраба. Когда мальчик подрос, она рассказывает ему об отце и даёт ему браслет с драгоценным рубином, который ей специально оставил Рустам и по которому тот должен был узнать сына.

Самой трогательной частью этой истории можно назвать поединок Рустама с его сыном Сухрабом.

Сухраб и Рустам в поэме изображены по-разному. Если Рустам благородный рыцарь, борец за справедливость, то Сухраб желает власти и могущества:

Я земли щедрой одарю десницей,

Тебя – иранской сделаю царицей.

Лишь я и мой прославленный отец

Достойны на земле носить венец.

Сухраб отправляется на поиски Рустама, совершает множество подвигов, но вследствие случайности гибнет на поединке с собственным отцом, узнавшим его затем по камню на браслете. Рустам хотел попросить живой воды у шаха, но тот отказал ему, т.к. боялся объединения двух самых могущественных богатырей.

В разгар кровопролитных схваток Рустама в поэме появляется иранский царевич Сиявуш, носитель воинской чести и благородства, человеческой чистоты.  Сивуяш тоже является одним из ярких героев поэмы. .Поэт провел его через испытание огнем, и благополучный исход прибавил еще больше блеска образу Сиявуша.

Сиявуш выступает как борец за мирную жизнь на земле, за что получает всеобщее признание. Он возводит города Сиявушгирд и Гангдиж, его не беспокоят превратности личной судьбы, но он предчувствует, что если будет убит, то вновь вспыхнет война между Ираном и Тураном.

Предчувствие Сиявуша оправдалось: он пал по велению Афрасиаба. Рустам мстит за убитого Сиявуша, и вновь начинается война Ирана и Турана. Если войны Турана и Ирана до Сиявуша были с обеих сторон лишь местью за убитых царевичей, то в кровавых схватках Ирана и Турана после смерти Сиявуша можно уже усмотреть борьбу иранских богатырей за установление на земле мира. В этом подлинное величие образа Сиявуша и всей «Шах-Наме».

Согласно легенде, Рустам прожил более 500 лет, после чего погиб в результате предательства со стороны членов своей же семьи.

Также в «богатырской части» есть сюжеты, посвященные непосредственно подвигам Рустама и Сухраба, деяниям Кавуса,  романтические эпизоды. Эпичность подразумевает детальность и всеохватность, для эпоса не существует ничего незначительного. Этим объясняется сложный сюжетный рисунок поэмы.

В) Историческая часть

Эта часть посвящена истории  царств Сасанидов. Эта часть повествует о правлении Дара, Арадашира Бабакана, Шапура и других реальных биографических царей, рассказывает о войнах и жизни в государстве при этих правителях.

Некоторым из царей Фирдоуси уделяет достаточно много внимания, а другим посвящает всего лишь по нескольку десятков двустиший каждому. Оценка справедливости или несправедливости царей дается Фирдоуси как бы под углом зрения именно этой социальной утопии: заботится ли царь о благополучии своих сограждан, об их счастье и довольстве или он алчен, жаден и себялюбив. Достаточно подробно поэт останавливается на царствовании Йездигерда III, и не случайно: ведь этот жестокий царь был прозван Грешником. Сын Йездигерда III, Бахрам V, и есть герой следующего сказания. Когда Грешник был убит водяным конем, иранские вельможи восприняли смерть царя как божью кару, они не хотели, чтобы новым царем стал его отпрыск, и сказали Бахраму:

Тебя вовек на царство не поставим,

Ты — рать возглавь, а мы — страну возглавим.

После Бахрама Гура иранский престол занимают мало чем примечательные цари. Начинается пора ожесточенных войн с эфталитами.

Кульминационный пункт исторической части — восстание Маздака, оно наиболее органично связано с этой утопией. Описывая восстание Маздака, поэт показывает, что народ борется за свое счастье и равенство, а не просто мечтает о неведомом, утопическом царстве нищих брахманов в неведомых горах. Под предводительством Маздака у Фирдоуси выступают народные массы.

Восстание под водительством Маздака (в начале VI в.) было массовым народным движением, которое, распространившись не только в Иране, но и в Аравии и Армении, потрясло основы Сасанидского государства. Идеей этого движения было отрицание богатства и крупной собственности как главного зла в мире, как порождения Ахримана.

Дворцовые хронисты пытались умалить значение движения, изобразить его кратковременным эпизодом «смуты», а Маздака рисовали «обманщиком», «безумцем», «нечестивым совратителем». В пехлевийской литературе даже был роман «Маздак-намак» («Книга о Маздаке»), переведенный впоследствии на арабский язык и пользовавшийся известностью во времена Фирдоуси. Роман до нас не дошел, но заимствованное из него изображение Маздака, сохранившееся в трудах средневековых восточных авторов, передает достаточно полно тенденциозный, пасквильный характер романа. Бесспорно, что Фирдоуси мог пользоваться этим источником.

Вначале может показаться, что поэт придерживается официальной версии, когда пишет:

К Маздаку люди шли со всей державы,
Покинув правый путь, избрав неправый.

Однако переход с правого пути на неправый поэт изображает несколько неожиданным образом:

Не знал Кубад, как выбраться из мрака,
Услышал он добро в словах Маздака.
Он вопрошал — и получил ответ,
В душе Маздака он увидел свет.
С того пути, которым шли пророки,
Цари, вожди, мобедов круг высокий,
Свернул, Маздаку вняв, отважный шах,
Узнал он правды блеск в его речах!

Последователями Маздака Фирдоуси считает именно тех, «кто пищу добывал своим трудом». Поэт весьма выразительно показывает, что выступление Маздака было все более растущим массовым и неодолимым движением. В этом ярко раскрывается отношение поэта к самому учению Маздака о всеобщем социальном равенстве. Свое отношение поэт выразил по-разному: и характеристикой Маздака («Разумен, просвещен, исполнен благ»), резко противостоящей официальной версии, и гневным обличением коварной и жестокой расправы магов и власть имущих с Маздаком и его последователями. Характерно, что, говоря о Маздаке, Фирдоуси неоднократно употребляет наиболее положительные образы, понятия и слова, освященные древнеиранской традицией: «свет», «добро», «блеск», «вера».

            Эта часть традиционно считается исследователями менее значимой, чем первые две части, т.к. здесь нет национальных образов, выражения духа нации.

Поэма завершается возвращением из глубины истории в современное автору время:

Когда я прожил шестьдесят пять лет

И сгорбился от горьких дум и бед,

Решил я книгу о царях Ирана

Писать — и стал трудиться неустанно.

Писали и вельможи в те года,

Не получая денег никогда,

Вполне довольны средствами своими,

Я был поденщиком в сравненье с ними.

Они хвалили все, что я писал,

Желчь разлилась во мне от их похвал.

Мошны с деньгами завязавши туго,

Они не знали моего недуга.

Недуг мой имя бедности носил.

Лишь Дейлеми Али меж ними был,

Удачлив сам, исполненный участья,

И дружба с ним мне приносила счастье.

И благородный муж, сын Кутейбы,

Теперь мне послан милостью судьбы.

Он шлет мне даром пищу и одежду,

Он дарит сердцу добрую надежду.

Я никаких налогов не плачу,

Лишь пью, да ем, да сплю, когда хочу.

Когда б не он — не жить мне в этом доме,

А в рубище валяться б на соломе.

Как семьдесят второй пошел мне год,

Мои стихи услышал небосвод.

И вот я до конца довел счастливо

О древних подвигах рассказ правдивый.

В день арда, в месяце исфандармад,

Я кончил труд, что былями богат.

От хиджры на году четырехсотом

Закрыл я книгу, написавши все там,

Что знал о прошлом. И по всей стране

Теперь все громче речи обо мне.

Я не умру вовек! Жить буду снова

Во всходах мной посеянного слова!

И тот, кто свет ума и веры чтит,

Мой величавый подвиг восхвалит.

Как мы видим, в заключении автор говорит о том, как он писал эту историю, указывает нам на достоверность всего изложенного в поэме и говорит о том, что эта книга навеки прославит его имя.

            Формально композиция «Шах-наме» Фирдоуси соответствует периодам царствования пятидесяти легендарных и исторических шахов Ирана.

            Также мы можем говорить здесь о композиционном кольце: в начале эпопеи изображено мифическое народное восстание Кавы, а в конце ее — исторически реальное восстание Маздака

Материалы по теме: