Нужна помощь в написании работы?

Иммигранты постоянно подвергались нападкам за то, что они “крадут” зарплаты американских рабочих. Поэтому неудивительно, что и рабочие организации активно поддерживали идею рестрикции. Однако помимо экономических мотивов и рабочие, и их лидеры были движимы в своих действиях расисткими взглядами. Профсоюзный лидер С. Гомперс оказал активную поддержку при принятии акта о запрете китайской иммиграции 1882 г., а впоследствии неоднократно писал: совсем недолго осталось ждать момента, когда все поймут, что успех нации зависит от сохранения ее расовой чистоты и, следовательно, силы. С. Гомперс содействовал принятию резолюции АФТ в поддержку теста на грамотность в 1896 г., при этом заявив: «Насколько я помню, это единственный случай, когда я полностью согласен с сенатором Лоджем». Американский историк А. Манн высказал предположение, что в вопросах иммиграции мнение С. Гомперса определялось более расистскими мотивами, нежели экономическими.

Другой движущей силой нэйтивизма стали фермеры, участвовавшие в движении протеста конца XIX века. Они также активно выражали антииностранные взгляды. Ксенофобия популизма была впервые описана Р. Хофстедтером. Он заметил, что “растущий нетерпимый национализм распространился на всю страну, не ограничиваясь районами, где популизм был силен, при этом он нигде не был столь активен как среди популистов”.

Большую роль в поддержке нэйтивистских акций играли и всевозможные «патриотические» общества, число которых в 1880-1890 гг. резко возросло и социальный состав которых был довольно пестрым. Многие такие общества продолжали существование с 1840‑х—1850‑х годов. Крупнейшим из них был “Орден объединенных механиков Америки”. Он был образован в Пенсильвании еще в 1845 году как патриотическое тайное общество. Его главными целями были провозглашены утверждение американской системы общественного образования (“американская школа с американским флагом над ней”) и борьба против идеи союза церкви и государства (постоянный мотив в деятельности всех антикатолических организаций). Кроме того, создатели ордена настаивали на том, чтобы иммигранты не образовывали этнических общин в стране, перенимая как можно быстрее язык и ценности американцев. “Пусть иммигранты не прикасаются к нашим правам и привилегиям,” пока не будут легально к ним допущены, объявляли члены ордена. Название, символика и ритуалы организации были заимствованы из масонской традиции: часть ее создателей принадлежали к масонским ложам. Общество вскоре распротранило свое влияние на соседние Делавэр и Нью-Джерси, а его штаб-квартира оставалась  в Пенсильвании. Оно не только привлекало новых членов, но и создавало ответвления. Например, орден “Сыновья 1776 года,” из которого выросла известная позднее партия “незнаек”, был основан при содействии “Объединенных Механиков”, как утверждал А. Стивенс, собиравший сведения о подобных организациях в США. Таким же образом появились “Объединенный орден сыновей Америки” (1847, Филадельфия) с антикатолической программой и похожее на него “Братство союза” (1850). В 1883 г. “Орден объединенных механиков Америки” учредил организацию для подготовки молодежи (“Младший орден объединенных механиков Америки). Со временем она стала настолько сильной, что оьбъявила самостоятельность в 1885 г. Помимо нее существовала родственная организация для женщин—членов обоих “старших” орденов, называвшееся “Дочери Америки”. Все эти организации продолжали существовать и действовать во второй половине XIX века и в начале XX столетия. “Объединенный орден механиков Америки” насчитывал в самом начале нашего века немногим менее 100 тыс. членов, “Младший орден”—около 200 тыс., “Дочери Америки”—около 60 тыс.

В 1880-е возникли также общества “Хранители свободы” (Нью-Джерси, 1881), “Патриотическая лига Революции” (1882), “Орден американских фрименов” (Пенсильвания, 1884), “Патриотичные дочери Америки” (Пенсильвания, 1885), “Национальный орден Видетты” (Техас, 1886), “Американская защитная ассоциация” (Айова, 1887), “Национальная Лига Защиты Американских Институтов” (1887), “Сыны революции” (1888), “Патриотический орден Американцев”, “Патриотический орден истинных Американцев” (1889). В течение следующего десятилетия появились “Дамы 13 колоний”,  “Дочери Американ-ской революции”, “Верные рыцари Америки” (Пенсильвания, 1890), “Дочери Америки” (1891), “Легион Линкольна” (1893), “Рыцари и леди Америки”, “Американские рыцари защиты” (Балтимор, 1894), “Патриоты Америки” (Иллинойс, 1895), “Орден маленькой красной школы” (Бостон, 1895, основан при участии “Американской защитной ассоциации”), “Протестантские рыцари Америки” (Сент-Луис, 1895), “Американское общество порядочности” (1895), “Братство красного брилианта” (1898), “Американский союз” (1900). Это далеко не полный список. Часто организации обрастали дочерними образованиями для детей, молодежи и женщин, как и в случае “Ордена объединенных механиков Америки”. Подсчет количества их членов затрудняется не только отсутствием надежных источников, но и обычаем членства в нескольких родственных организациях сразу. Члены этих сообществ обычно принадлежали к преуспевающим слоям среднего класса.

Другой слой тайных обществ формировался из менее состоятельных американцев. Это были такие как “Орден коренных американцев”, “Патриотическая лига революции” (Бруклин, 1882), “Американская патриотическая лига” (Нью-Йорк, 1888) с дочерней женской организацией “Дочери Колумбии” (1888), “Верные американской свободе” (женская организация возникла в Бостоне в 1888, мужская в 1890) и прочие. Самой большой из них была “Великая армия республики”, организация ветеранов Гражданской войны. В 1886 г. руководство этой организации заявило о возникшей для страны опасности в связи с массовой иммиграцией.

Судить о деятельности этих сообществ можно по их программам, отдельным заявлениям в прессе, личной корреспонденции их руководителей. При возможных отличиях в деталях или направленности, чаще всего их объединяли требования отстаивать американские интересы и принципы, поддерживать американские институты (не только политические, вкупе с правами и свободами, но и, например, систему общественного образования). Почти все включали в свои программы требования об ограничении иммиграции (одни, как “Американская патриотическая лига”, “в интересах рабочих и ремесленников”, другие как требование общего характера). Крайне популярна была идея предохранить страну от иностранных влияний.

Интересно, что некоторые из таких организаций вели менее активную практическую деятельность, и их существование гораздо серьезнее выглядело “на бумаге”. В то же время в них входили известные личности, которые таким образом спешили подписаться под американскими патриотическими лозунгами. Примером может служить “Национальная лига защиты американских институтов”, возникшая в Нью-Йорке в 1889 году. Ее целью было “обеспечить конституционные и законодательные механизмы для предохранения системы общественных школ и прочих американских устоев , способствовать просвещению общественности в согласии с этими устоями, и предотвращать присвоение общественных средств сектами и отдельными конфессиями”. Первым президентом этого сообщества был историк Д. Джей, а секретарем—пастор методистской церкви в Нью-Йорке Д. Кинг. Среди членов организации были Ф. Уокер, Д. Джордан (ректор Стэнфорда), Р. Пекэм (позднее член Верховного Суда), У. Стронг (член Верховного Суда в прошлом), Г. Хитчкок (бывший президент Американской ассоциации судей), П. Морган, К. Вандербилт, Р. Хэйс и другие.

В мае 1889 г. в Нью-Йорке состоялась встреча представителей крупнейших американских патриотических организаций. Таким образом, к концу века стало заметно стремление к организации “патриотических” сил в масштабах всей страны. Подобные организации отражали недовольство широких слоев населения, их стремление изменить ход вещей. Красной нитью в их программах проходила идея о сохранении Америки “американской”, недопущении влияния иностранных культур на ее жизнь.

Внимание!
Если вам нужна помощь в написании работы, то рекомендуем обратиться к профессионалам. Более 70 000 авторов готовы помочь вам прямо сейчас. Бесплатные корректировки и доработки. Узнайте стоимость своей работы.

В послевоенный период существенные изменения происходили и в среде новоанглийской элиты, традиционно поставлявшей политиков и интеллектуалов Америки. Реакция ее представителей на изменения в жизни страны была сложной и неоднозначной. Большая их часть провозглашала «несдержанный» капитализм главной опасностью, подрывающей позицию социального слоя «браминов» и угрожающей будущему Америки. Меньшинство, напротив, было охвачено оптимизмом по поводу роста влияния Америки в мире и национального богатства внутри страны. Однако общее настроение представителей новоанглийской элиты в конце XIX века было проникнуто глубоким пессимизмом. Вслед за изменениями в экономике последовали изменения в стиле жизни и системе ценностей общества. Традиционные достоинства представителей старой аристократиии теряли свое значение. Так, например, литератор, профессор Гарварда Б. Уэндэл писал одному из своих друзей в 1880 г.: “На самом деле, человек, желающий всерьез заниматься литературой в наши дни, должен пожертвовать для этого не только лучшими своими часами, но и, страшно сказать, более ценным—общим уважением прочих людей”. Старые традиции уступали место новым привычкам. Элита пополняась представителями бизнеса—нуворишами, вчерашнимим иммигрантами, достигшими успеха благодаря удачливости и сноровке. В мире бизнеса главным достоинством становилось умение считать деньги и заключать выгодные сделки.

Новоанглийская аристократия болезненно воспринимала изменения в привычном порядке вещей, поскольку она оказывалась оттесненной на второй план. При этом даже представители старой аристократии, успешно занимавшиеся коммерцией, чувствовали неудовлетворенность. Генри Л. Хиггинсон признался своему брату Томасу в 1879 г.: “Я хотел заниматься чем-либо достойным…или, по крайней мере, вести жизнь, которая могла бы удовлетворить душу. Я старался, мне не удалось…И я стал—и есть—получатель денег…” Что же касается лиц, посвятивших жизнь интеллектуальным занятиям (Брукс и Генри Адамсы, Б. Уэндэл, Ч. Э. Нортон, Д. Р. Лоуэлл, Ф. Паркман, Р. Г. Дэна, У. Минот и др.), их отношение к коммерции было резко отрицательным. Они осуждали свободный капитализм и «демократию денег» как причины слишком практичного отношения к жизни сквозь призму материальных ценностей. Считая конечной мерой цивилизации, нации и личности «любовь к красоте, служение ей, ее создание», Ч. Э. Нортон говорил: «Я боюсь, что Америка надолго взяла ошибочный, неверный курс, и все более оказывается во власти сил беспорядка и варварства». Он считал, что в послевоенной Америке достичь идеала невозможно, и отождествлял кризис демократии с приходом к власти «нецивилизованных людей, кому даже научное образование не даст достаточно знания и разума». C точки зрения нашей темы важно отметить, что негативное отношение новоанглийских интеллектуалов распространялось не только на ценности, организацию жизни и коммерциализацию современного им общества, но и на всю совокупность последствий индустриализации: иммиграцию, рабочие организации, углубление межклассовых конфликтов, социалистические учения, коррумпированность политиков, «материальную демократию» и города. Все эти явления виделись им как взаимосвязанные элементы изменений, произошедших не только в Америке, но и в Европе со времени начала индустриализации. Их комплексное влияние, казалось, приведет к разрушению традиции, старых американских ценностей, которые были необходимы для сохранения демократии и республиканизма.

Прошлое стало казаться намного более счастливым временем, когда жизнь была содержательнее и теплее, когда в человеческих отношениях господствовали общепринятые формы общения и викторианская этика, а общество было более однородным. Нортон описывал Кембридж своей юности как место, где «смешение чуждых элементов было настолько незначительным, что не влияло на облик города», «каждый не только знал всех в лицо, но также знал традиции, знакомых и образ жизни каждого». Б. Уэндел, например, все более убеждался, что «единственное реальное спасение для всех нас—тех, кто пытается писать, состоит в простых старых традициях». «Будущее не для нас,—сокрушался он.—И у нас нет великого наследия европейской традиции, чтобы утешиться… Я чувствую сожаление, что не имел счастья родиться на пятьдесят лет раньше».  К ощущению потери прежнего социального статуса добавилось сожаление и по поводу того, что Новая Англия переставала играть роль духовного центра нации. «Среди… молодого поколения Новой Англии не осталось значительных личностей. А ведь когда я приехал сюда, у нас были и Лонгфелло, и Лоуэлл, и Уиттиер, и Эмерсон, и еще кое-кто, а доктор Холмс—единственный, кто жив до сих пор. Мы уходим в провинциальную темноту…».

С другой стороны, ностальгия по ушедшим временам вызвала в этом слое общества рост интереса к Англии, англо-саксонским традициям. Очевидно, здесь сказалось влияние англо-саксонизма. Хотя в своей работе Р. Келли утверждал, что многие американцы в среднеатлантических штатах, на Юге, а также среди элиты Северо-Востока всегда относились к Британии неравнодушно, для новоанглийских интеллектуалов, олицетворявших культуру янки, была традиционной антипатия к родине предков. Б. Соломон отметила резкий рост увлечения Англией в конце XIX в. Ощущение собственной родовитости отделяло “васпов” от массы иммигрантов и тех бизнесменов, которые имели иностранное происхождение (Э. Карнегги стал олицетворением этого слоя предпринимателей). Совпадение социальных и этнических различий с другими социальными группами, недовольство потерей прежнего социального статуса, а также отрицательное отношение ко всей совокупности изменений в стране создали для новоанглийских аристократов атмосферу, в которой одной из форм протеста стала антииммигрантская идеология, усиливаемая чувством расового превосходства. Идеи англо-саксонизма естественно вписывалась в комплекс их идей. Некоторое недовольство процессами в жизни современной им Англии компенсировалось чувством расового родства.

В 1891 г. Г. К. Лодж исследовал происхождение лиц, имена которых можно было встретить в «Американской биографческой энциклопедии». Он пришел к выводу о том, что всех их объединяют англо-саксонские корни. В колледжах и университетах стало преобладать преподавание американской литературы как ветви английской. Адмирал А. Мэхэн призывал осознать сходство «характера и идей» США и Англии. Все чаще в периодике употреблялся термин «патриоты расы». Д. Хэй, который в 1897 г. прибыл в Англию в качестве американского посла, заявил: «Пока я нахожусь здесь, не будет предпринята ни одна акция, противоречащая моему убеждению: принципом нашей внешней политики должно быть дружественное взаимопонимание с Англией». При этом волна англофилии затронула не только собственно новоанглийскую элиту, но гораздо более широкие круги населения. Описывая внешнеполитические проблемы США, Б. Уэнделл заметил в апреле 1898 г.: «Несмотря на все наши беды, отношение народа к Англии резко изменилось. Рост враждебности к Испании и смутное ощущение того, что может означать война, заставили людей повсюду неожиданно осознать, как никогда ранее, насколько близки наши принципы и принципы Англии. Все уже надеются, что, если любая из этих стран окажется в сложной ситуации, другая окажет ей полную подержку». Позже, в сентябре 1898 г., когда война с Испанией уже началась, Уэнделл повторял, что одним из ее результатов явилось убеждение американцев в «общности нашей национальной жизни и интересов с жизнью и интересами Англии».

Таким образом, в конце XIX века выявляется любопытное совпадение в отношении к Великобритании, которое проявилось в общественном мнении и высказываниях политических деятелей США, и в растущей популярности идей англо–американской расовой общности, которые оказали влияние и на отношение американских интеллектуалов к проблеме иммиграции. Можно  согласиться с утверждением Д. Хайэма о том, что американский нэйтивизм, помимо его исторических корней, в рассматриваемый период был обусловлен кризисом «всего социального порядка Америки», самые разные слои населения США одобряли идею рестрикции. Однако именно выходцами из слоев новоанглийской элиты в 1894 г. была основана самая влиятельная организация рестрикционистов —Лига ограничения иммиграции.

 

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Узнать стоимость
Поделись с друзьями