Нужна помощь в написании работы?

Судебно-психологическая экспертиза в гражданском процессе стала использоваться значительно позже, чем в уголовном судопроизводстве. Первыми работами, обратившими на себя внимание разработкой проблем СПЭ применительно к гражданскому процессу, явились публикации Т. В. Сахновой. Она выявила, что по каждому четвертому отмененному судебному решению причиной их отменены были недооценка, а порой и просто невыяснение обстоятельств психологического характера1.

Раскрывая содержание компетенции СПЭ в области гражданского судопроизводства, прежде всего следует учитывать, что одним из важнейших базовых понятий гражданского права являетсягражданско-правовая дееспособность, т.е. "способность гражданина своими действиями приобретать и осуществлять гражданские права, создавать для себя гражданские обязанности и исполнять их" (ст. 21 ГК). Оценка этой способности, как уже отмечалось, предполагает использование двух критериев: медицинского (болезненное расстройство психики, определяемое судебно-психиатрической экспертизой) и психологического, который предполагает исследование интеллектуально-мнестических качеств, критических способностей субъекта, его способностей прогнозировать последствия своих действий и поступков; особенностей сто мышления, "способности понимать значение своих действий" и эмоционально-волевых качеств, проявленных им в момент заключения сделки, когда он находился в "таком состоянии", при котором мог (или не мог) руководить своими действиями. Именно из этого следует исходить, определяя компетенцию СПЭ в области гражданского судопроизводства. Таким образом, в компетенцию экспертов-психологов в гражданском процессе входит:

- исследование индивидуально-психологических особенностей личности участников гражданско-правовых отношений, их интеллектуально-волевых качеств с точки зрения оценки их способности понимания смыслового содержания возникшей правовой ситуации, а также прогнозирования прямых и косвенных результатов, которые могут последовать при том или ином волеизъявлении, т.е. в конечном итоге оценка психологического критерия того, в какой мере гражданин по своим личностным качествам при заключении сделки мог понимать значение своих действий и руководить ими;

- изучение психического состояния участников сделки во время ее заключения; влияния различных психических состояний экстремального характера (стресс, депрессия, страх и т.п.) на когнитивные (познавательные) процессы (восприятие, память, мышление, внимание), волеизъявление, а также диагностика пережитых субъектом страданий в результате причинения ему морального вреда;

- исследование неблагоприятно воздействующих факторов психологического характера на психику, сознание человека, искаженное понимание им сущности правоотношений, субъектом которых он благодаря своему волеизъявлению становится, вследствие искаженных представлений о характере заключаемого договора, совершаемой сделки и их последствиях. Такими неблагоприятными факторами, в своей основе имеющими психологическое объяснение, могут быть заблуждение, обман, состояние психической беспомощности, возникшие вследствие угрозы, стечения тяжелых жизненных обстоятельств, и т.п.;

- применение психологических познаний при рассмотрении гражданско-правовых споров в сфере семейных правоотношений, споров по делам о лишении (восстановлении) родительских прав, об устройстве детей, оставшихся без попечения родителей, об усыновлении (удочерении) ребенка, о выборе усыновителей, попечителей и т.п. Исследование психологического содержания обстоятельств материально-правового характера, которые могли оказать влияние на развитие, социальное становление, в целом на судьбу ребенка; определение того, насколько поведение, род занятий, образ жизни кого-либо из родителей, особенности их личности могли не соответствовать с психологической точки зрения полноценному формированию личности, интересам ребенка; исследование психологической атмосферы в семье; установление того, чем отличаются в благоприятную (неблагоприятную) сторону индивидуально-психологические особенности личности конфликтующих по поводу ребенка сторон;

- оценка психологических критериев завещательной дееспособности, психологических особенностей личности наследодателя.

Разумеется, в компетенцию СПЭ в гражданском судопроизводстве могут входить и другие вопросы психологического характера, которые рассматривались выше в рамках уголовного судопроизводства, если их исследование необходимо для правильного разрешения гражданско-правовых споров в суде1.

Внимание!
Если вам нужна помощь в написании работы, то рекомендуем обратиться к профессионалам. Более 70 000 авторов готовы помочь вам прямо сейчас. Бесплатные корректировки и доработки. Узнайте стоимость своей работы.

Вопросы, исследуемые СПЭ в гражданском судопроизводстве. Содержание вопросов, их формулировки в значительной мере определяются характером споров, разрешаемых в суде.

1. Вопросы, решаемые СПЭ при рассмотрении судами дел о признании сделок недействительными:

а) сделки, совершенные гражданином, неспособным понимать значения своих действий или руководить ими (ст. 177 ГК). В подобного рода юридически значимых ситуациях для правильного разрешения возникшего спора требуется подойти к оценке личности истца и его действий не только с точки зрения медицинского, но и психологического критерия, который должен охватывать развернутую характеристику личностных, индивидуально-психологических качеств субъекта, подавшего исковое заявление, его психического состояния на момент заключения сделки и возможного негативного воздействия "такого состояния" на его интеллект, мыслительную, познавательную деятельность, прогностические способности, волеизъявление.

В этой связи важно отметить, что используемый в ст. 177 ГК термин "такое состояние" следует расценивать не только как проявление какого-либо болезненного расстройства психики (в качестве медицинского критерия), но и как особое состояние психической напряженности, например в виде стресса, "сопровождающееся нарушением волевых функций с утратой самоконтроля и способности анализировать создавшуюся юридически значимую ситуацию, сложностью прогноза правовых последствий совершаемой сделки"2. А это, в свою очередь, предполагает анализ экспертами КСППЭ не только клинических, соматогенных, психогенных, но и психологических, и даже влияние социальных факторов.

"Такое состояние", безусловно, не может не влиять на понимание, постижение субъектом внутреннего смысла, подлинного содержания заключаемой сделки, на формирование в его сознании тех или иных искаженных образов, представлений о правовых последствиях принимаемого им решения, приводящего к дефектному волеизъявлению в виде совершения не тех действий, которые соответствовали бы собственным интересам лица. Внешне, с объективной стороны, подобная рассогласованность, противоречивость потребностей, интересов субъекта и его не адекватная этим интересам активность нередко вызывают сомнения относительно полной или недостаточно выраженной, частично деформированной способности свободного волеизъявления, руководства своими целесообразными действиями, что весьма образно и кратко определяется в правовой литературе термином "порок воли".

Причинами подобного явления, естественно, могут быть и различного рода психические расстройства, причем не только болезненного, но и неболезненного характера, приводящие к "такому состоянию", когда субъект "не был способен понимать значения своих действий или руководить ими" (ст. 177 ГК), что, несомненно, должно послужить поводом к назначению СПЭ либо КСППЭ.

При разрешении подобного рода гражданско-правовых споров перед экспертами СПЭ (КСППЭ) целесообразно ставить следующие вопросы:

- Какими индивидуально-психологическими особенностями характеризуется личность подэкспертного, каков уровень его интеллектуального развития, когнитивных способностей, какими особенностями отличается его мыслительная деятельность? Не подвержен ли он повышенной внушаемости, влиянию со стороны других лиц? Не страдает ли какими-либо хроническими или временными психическими расстройствами, слабоумием, иными болезненными состояниями психики, которые могли существенно повлиять на его способность понимать значение своих действий и руководить ими?

- Не находился ли он во время совершения сделки в каком-либо психическом, эмоционально напряженном состоянии, которое могло существенно ограничить его способность полноценно понимать значение совершаемых им действий, осознанно руководить ими (ограничить самоконтроль, волевую регуляцию)? Не ограничивало ли это состояние его способность свободного волеизъявления?

- Если его интеллектуальные, познавательные способности были ограниченны (ив чем именно), то каковы причины этого? Какое влияние выявленные ограничения могли оказать на волеизъявление субъекта, принятие им решения совершить данную сделку (заключить договор)?

- Если подэкспертный не был способен понимать содержание, характер, правовые последствия своих действий, каковы психологические причины этого?

- Какое психологическое воздействие на личность подэкспертного могли оказать обстоятельства, сопутствовавшие подписанию договора (совершению сделки), на понимание им содержания, правового значения совершаемых действий, на его волеизъявление в сложившейся обстановке?

Отвечая на поставленные вопросы, эксперт даст развернутую оценку показателей социального функционирования подэкспертного лица, в которых отражаются как в целом степень сохранности у него регуляции психической деятельности, уровень его адаптации в социуме на протяжении всей его жизни, так и показатели ситуационного функционирования, проявившиеся непосредственно во время совершения сделки. При .этом к последним относятся различные факторы, прямо или косвенно выражающие уровень осмысленности принимаемых субъектом юридически значимых решений. В ситуационных показателях социального функционирования субъекта отражаются мотивационная противоречивость сто поведения, целенаправленность действий, нередко совершаемых им вопреки собственным интересам, неадекватная критическая оценка своих знаний, сниженные прогностические способности, слабая, недостаточная обратная связь и коррекция поведения, нелогичный, нерациональный характер мотивации в условиях изменяющихся юридически значимых событий2.

В широком плане показатели затрудненного социального функционирования субъекта могут проявляться в незавершенности образования, профессиональной дезадаптации, утрате трудовых навыков, прежних эмоциональных привязанностей, в расстройстве семейных, родственных уз, снижении способности к самообслуживанию и т.д. Лица с подобными отклонениями легче входят в доверительные отношения с малознакомыми людьми, нередко пассивно ведут себя в процессе заключения сделок, порой ущербных с точки зрения их собственных интересов; они зависимы от случайных обстоятельств, более подвержены внушающему воздействию со стороны. Все эти особенности характеризуют низкий уровень их сделкоспособности как выражение дефектности таких лиц в полной мере понимать и формальную, и содержательную сторону заключаемой сделки, несостоятельности у них критических и прогностических функций, способности адекватно возникшей юридически значимой ситуации руководить своими действиями.

Таким образом, заключение эксперта-психолога при рассмотрении судами гражданских дел о сделках, подпадающих под действие ст. 177 ГК, имеет важное доказательственное значение. Устанавливая наличие психологического критерия, эксперт дает суду прямое доказательство отсутствия или дсформированности у стороны способности к совершению сделки (сделкоспособности), что, безусловно, имеет юридическое значение для правильной квалификации спорного правоотношения1;

б) сделки, совершенные под влиянием заблуждения (ст. 178 ГК). С психологической точки зрениязаблуждение рассматривается в качестве особого состояния психики, характеризующегося высокой степенью когнитивной (познавательной) сложности, неопределенностью, затрудняющими смысловое восприятие, адекватную оценку субъектом юридически значимой ситуации, поведения в пей других участников правоотношений и последующий отбор им возникающих в его сознании образов, представлений о тех или иных явлениях, возможных последствиях совершаемой сделки, что не может не усложнять процесс принятия субъектом наиболее оптимального для него решения по делу, а следовательно, и адекватного волеизъявления ради достижения поставленной цели.

Причинами заблуждения бывают различные обстоятельства. Так, заблуждение нередко является результатом переоценки субъектом своей информированности об обстоятельствах, имеющих отношение к совершаемой сделке и ее последствиям, ошибочного понимания им существа сделки (интеллектуальный компонент), а также результатом неопределенности сложившейся ситуации, поведения окружающих лиц. Типичный пример заблуждения, возникшего под влиянием окружения, - довольно расхожая схема поведения многих людей, особо не утруждающих себя глубоким проникновением в суть происходящих событий (по типу "все так поступали, и я так решил"). В подобных случаях появлению у субъекта состояния заблуждения могут дополнительно способствовать его неблагоприятное психическое состояние во время совершения сделки; особенности его личности, характера (черты конформизма, повышенной внушаемости и т.п.), мыслительной деятельности; дефектность смыслового восприятия, неточное понимание им речевых сообщений, в том числе распространяемых СМИ в виде рекламы и т.п., с их "системой внешних значений" в соотношении с их "внутренним смыслом", или подтекстом (А. Р. Лурия). Способность увидеть этот скрытый от поверхностного взгляда процесс

"влияния смыслов" в поисково-ориентировочной деятельности человека, декодирующего речевое сообщение, процесс своеобразного "вливания" смыслов от одной фразы к другой (по Л. С. Выготскому) во многом помогает суду понять и оценить причины и глубину заблуждений участника сделки.

Вследствие указанных причин фактическое волеизъявление участника сделки может оказаться несоответствующим его действительной воле даже без умышленно направленных на то действий обманного характера противоположной стороны. Вследствие этого в нашем гражданском праве превалирует мнение, чтовведение в заблуждение (в отличие от обмана) - это неумышленное действие (бездействие) со стороны другого участника сделки, хотя такое мнение и не совсем бесспорно. В частности, в уголовном праве имеет место и другой взгляд на данную проблему, не исключающий прямого умысла на введение в заблуждение путем обмана кредиторов при объявлении своего фиктивного банкротства тем или иным предпринимателем (ст. 197 УК).

В этом отношении определенный интерес представляет подход к рассматриваемой проблеме (заблуждение - обман) в дореволюционном русском уголовном праве. Как писал в 1902 г. II. С. Таганцев. для заблуждения (неведения) характерно "отсутствие сознания действительности". "Причина неведения или заблуждения, - по его словам, - может лежать исключительно в самом действующем, в условиях его психической деятельности, может быть последствием его темперамента, степени развития, состояния возбужденности и т.н., или же этой причиной могут быть другие лица, действовавшие, в свою очередь, или бессознательно, или же сознательно и даже намеренно: так что заблуждение может происходить или от случайной ошибки, иди от обмана"".

В настоящее время справедливо считается, что совершение сделки под влиянием заблуждения предполагает: способность руководства своими действиями не нарушена, так как "действия направлены на достижение избранной цели, но сама цель сформирована не соответственно реальности, а под влиянием не соответствующих действительности представлений о сущности сделки"3. В связи с особым состоянием сознания в подобных случаях его экспертную оценку целесообразно относить "к сфере совокупной компетенции эксперта-психиатра и эксперта-психолога, так как их диагностические и экспертные заключения в подобных случаях являются взаимодополняющими, ибо предметом исследования нередко выступают так называемые "пограничные" психические расстройства".

При рассмотрении в суде споров о признании недействительности сделки, совершенной под влиянием заблуждения, перед СПЭ (КСППЭ) могут быть поставлены следующие вопросы:

- Мог ли испытуемый с учетом своих индивидуально-психологических особенностей, интеллекта, характера мыслительной деятельности, психического состояния в момент принятия решения и совершения сделки правильно воспринимать существенные для дела обстоятельства, в частности смысловое содержание договора и его последствия?

- Имеются ли у подэкспертного лица такие индивидуально-психологические особенности, в том числе обусловленные психическим расстройством, которые могли оказать существенное влияние на смысловое восприятие, понимание им существа сделки и привели к формированию у него заблуждения относительно правовых последствий сделки?

- Не находился ли подэкспертный в таком психическом (эмоциональном) состоянии, которое могло оказать влияние на смысловое восприятие, понимание им действительной сущности сделки и оказало влияние на формирование у него заблуждения относительно ее правовых последствий?

в) сделки, совершенные под влиянием обмана, угрозы, стечения тяжелых обстоятельств (ст. 179 ГК).Обман - это умышленная передача субъектом сознательно искаженной (полностью или частично) информации чаще из корыстных или из каких-либо иных побуждений ради достижения собственной цели (нередко в ущерб контрагента или иных лиц). Это ложь, состоящая полностью или частично из вымысла. С психологической стороны "обман - всегда сознательное создание ложного представления о тех или иных обстоятельствах действительности в сознании другого субъекта".

Основное назначение СПЭ при рассмотрении гражданско-правовых споров, подпадающих под действие ст. 179 ГК, состоит в том, чтобы оказать суду психологическую помощь в устранении сомнений относительно того, не находился ли субъект в состоянии заблуждения вследствие "ошибки восприятия" (Т. В. Сахнова), и тем самым помочь суду (по косвенным данным о личности испытуемого) прийти к выводу относительно возможного обмана, т.е. помочь отграничить обман от введения в заблуждение. Вопросы, выносимые на разрешение СПЭ, можно использовать те же, что и предложенные выше. Кроме того, если имели место угрозы, стечение тяжелых обстоятельств, вопросы можно конкретизировать, например:

- Какое влияние могла оказать угроза (насилие, стечение тяжелых обстоятельств) на принятие субъектом решения о совершении сделки? Была ли ограничена его способность полноценного понимания содержания сделки и ее правовых последствий, а также волеизъявления при ее заключении?

В ходе проведения СПЭ важно учитывать возрастной фактор, пониженную толерантность лиц пожилого (старческого) возраста к различного рода угрозам (даже в тех случаях, когда они носят нереальный характер), к интенсивному воздействию со стороны близких родственников. Эти вопросы особенно актуальны при разрешении судами споров, обусловленных наследованием по завещанию (так называемая завещательная дееспособность).

2. Вопросы, решаемые СПЭ (КСППЭ) при рассмотрении судами споров по завещанию, о признании недействительности завещания (ч. 3 гл. 62 ГК). Оценка судом завещательной дееспособности лица требует учета значительного числа психологических факторов и условий, так как в качестве завещателей чаще всего оказываются лица преклонного возраста, нередко имеющие сниженные интеллектуально-мнестические способности в виде нарушения аналитических, абстрактно-логических форм мыслительной деятельности, дефектов памяти, более замедленных процессов смыслового восприятия событий, внимания, обработки информации; имеющие изменения в эмоционально-волевой сфере. Последнее может проявляться в повышенной обидчивости, неадекватной ранимости, немотивированной уступчивости вопреки собственным интересам либо, напротив, в повышенной агрессивности. С возрастом таким лицам становится все труднее осмысливать, понимать те или иные ситуации, прогнозировать правовые последствия принимаемых решений, касающихся составления завещания. Они более подвержены внушающему воздействию, введению в заблуждение, обману. В подобных случаях исключительно важна экспертная оценка со стороны комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы того, в какой мере составленное завещание могло соответствовать образу мыслей и настроению завещателя, особенно в последние годы его жизни, а также его отношению к семье. И здесь, как и по другим видам гражданско-правовых споров, "особую важность приобретают экспертизы по оценке не только клинических, но и психологических факторов"1.

По мнению О. Д. Ситковской, наибольшую сложность представляют дела, при рассмотрении которых требуется проведение посмертной КСППЭ для констатации завещательной дееспособности умершего наследодателя. Ссылаясь на С. С. Корсакова, она пишет: весьма "важно учитывать связь, существующую между содержанием завещания и психологическими особенностями .личности наследодателя; соответствие содержания завещания интересам и взглядам больного, "складу душевной жизни"; а также взаимоотношения членов семьи и его отношение к ним в здравом состоянии". Причем речь идет далеко не только о психических расстройствах, но и об особенностях психики, свойственных пожилым людям, что требует в каждом конкретном случае более внимательного отношения к анализу показаний свидетелей о психологических свойствах умершего, его психическом состоянии. "Эти данные должны быть тщательно соотнесены с медицинской документацией и содержанием завещания; по возможности проанализированы личные записи, переписка, дневники, которые в ряде случаев могут существенно расширить базу психологических сведений об интересах, особенностях характера, взаимоотношений с близкими".

При рассмотрении споров о наследовании по завещанию, когда стоит вопрос о признании недействительности завещания, перед СПЭ (КСППЭ) могут быть поставлены следующие вопросы2:

- С учетом индивидуально-психологических особенностей личности завещателя, его возрастных изменений мог ли он правильно понимать, всесторонне осознавать фактическое содержание своих действий и в полной мере руководить ими при составлении и подписании завещания?

- Имеются ли у завещателя какие-либо нарушения интеллектуально-мнестических способностей, эмоционально-волевой сферы личности? Если имеются, то в чем они проявляются, какое влияние они могли оказать на его волеизъявление при подготовке завещания?

- Не страдает ли завещатель какими-либо психическими расстройствами личности, поведения, мог ли он в полной мере понимать фактическое содержание своих действий и руководить ими в момент составления завещания?

Не страдает ли завещатель повышенной внушаемостью? Не оказалось ли воздействие обстоятельств(указывается каких), заинтересованных лиц, нервно-психических перегрузок достаточным для срыва его способности к осознанно-волевой регуляции своего поведением при составлении и подписании завещания?

3. Вопросы, решаемые СПЭ (КСППЭ) при рассмотрении судами гражданских дел, связанных с защитой прав и интересов несовершеннолетних детей. Согласно СК к данной группе относятся гражданские дела, при рассмотрении которых решаются вопросы о том, с кем из родителей будут проживать несовершеннолетние дети после развода (ст. 24, 65 С К), об участии отдельно проживающего родителя в воспитании ребенка (ст. 66 СК), о праве на общение с ребенком его бабушки, дедушки и других родственников (ст. 67 СК), о защите, лишении, ограничении родительских прав; восстановлении в родительских правах (ст. 68, 69, 72, 73 СК), об усыновлении (отмене усыновления) ребенка (ст. 124, 125, 127-131, 133, 140, 141 СК), об установлении опеки и попечительства над детьми, оставшимися без попечения родителей (ст. 121, 123, 146-150 СК), о передаче ребенка (детей) на воспитание в семью приемных родителей (ст. 151-155 СК).

Пленум Верховного Суда РФ в постановлении от 27 мая 1998 г. № 10 "О применении судами законодательства при разрешении споров, связанных с воспитанием детей" обратил внимание судов на необходимость установления особенностей психического развития ребенка, характера взаимоотношения родителей, более тщательного изучения причин семейного конфликта. Все это, безусловно, предполагает привлечение к участию в судопроизводстве специалистов в области детской, возрастной психологии, педагогики при рассмотрении данной категории дел в качестве консультантов, экспертов.

Попятно, что вопросов, требующих разрешения с помощью СПЭ (КСППЭ) либо даже путем проведения психолого-педагогической экспертизы (а такая экспертиза возможна, поскольку возникают проблемы нравственного воспитания, образования и развития ребенка), достаточно много. В частности, таким специалистам могут быть поставлены следующие вопросы1:

- Каковы особенности психического развития ребенка, имеются ли у него признаки психического расстройства, умственного отставания, если имеются, в чем причина этого?

- Какими индивидуально-психологическими особенностями отличается несовершеннолетний, его интеллектуальная, эмоционально-волевая сфера?

- Какими индивидуально-психологическими особенностями характеризуется личность родителей? В какой мере особенности их личности, характера, эмоционально-волевой, мотивационной сферы могут оказать положительное либо отрицательное влияние на надлежащее исполнение ими своих родительских обязанностей в отношении ребенка, на его психику, общее развитие, нравственное воспитание, на формирование нормальной в психологическом отношении атмосферы в семье?

- Какое психологическое влияние оказывает (может оказывать) поведение того или иного родителя (воспитателя) на психическое состояние, развитие ребенка?

- Имеет ли тот или иной родитель с учетом своих индивидуально-психологических особенностей, интеллекта, свойств эмоционально-волевой сферы, направленности личности необходимые для воспитания ребенка психолого-педагогические качества?

- Какими психологическими причинами может объясняться конфликтная ситуация, возникшая в семье? Какие психологические особенности личности родителей, их межличностных отношений могли способствовать ее возникновению и развитию? Какое влияние она может оказывать на психику и развитие ребенка?

При необходимости могут быть поставлены и другие вопросы, например, о психологических мотивах расторжения брака, психологических причинах жестокого обращения с ребенком со стороны кого-либо из родителей, психического насилия над ним и т.д.

Поделись с друзьями
Добавить в избранное (необходима авторизация)