Поделись с друзьями

О́скар Фи́нгал О’Фла́эрти Уи́ллс Уа́йльд (англ. Oscar Fingal O’Flahertie Wills Wilde, 16 октября 1854 — 30 ноября 1900) — ирландский поэт, драматург, писатель, эссеист. Оскар Уайльд жил и создавал свои произведения в конце XIX века. Он был поэтом, драматургом, замечательным сказочником и остроумным собеседником, романистом и критиком, непревзойдённым мастером литературных парадоксов. Его пьесы «Саломея», «Идеальный муж», «Как важно быть серьёзным» до сих пор не сходят со сцены, а сказки «Счастливый принц», «Мальчик-звезда», «Соловей и роза» стали любимым детским чтением.

Наиболее известен своими пьесами, полными парадоксов, крылатыми словами и афоризмами, а также романом «Портрет Дориана Грея» (1891).

Сюжет романа основан на традиционном мотиве сделки с дьяволом и участии магического предмета (портрета) в роковой судьбе героя. В один из дней художник Бэзил Холлуорд написал портрет молодого и прекрасного Дориана Грея, и в этот портрет влюбляется сам Дориан. Юный красавец, любуясь своим изображением, не может избавиться от мысли, что портрет будет всегда обладать тем, чего он неизбежно лишится, — молодости. «О, если бы было наоборот! Если бы портрет менялся, а я мог всегда оставаться таким, как сейчас! Я бы душу дьяволу продал за это!» Мольба была услышана, и пожелание исполнилось. С Дорианом знакомится непревзойдённый остроумец Генри Уоттон, в котором мы узнаём черты самого Оскара Уайльда.

Дориан Грей попадает под влияние лорда Генри, поддаётся его речам о всесилии красоты, о неподвластности её каким-либо законам. Дориан отдаётся чувственным наслаждениям, скользя в бездну разврата и преступлений. Низменные страсти, однако, не оставляют следа на нём, проходит много лет, но лицо его сияет свежестью юности, её неповторимой чистотой. Портрет же чудовищно изменяется, ибо душа Дориана, воплотившаяся в этом портрете, стала порочной, лживой и грязной. Портрет становится совестью Дориана Грея. Он прячет его от глаз людей в отдельную комнату, запираемую им лично на ключ. Каждый порок искажает образ Дориана на полотне, и встречи с этой совестью были невыносимо мучительны для Дориана. В один из дней он всадил в портрет нож, чтобы избавиться от этого ужасного свидетеля его порочной жизни (тот самый нож, которым он прежде убил художника Бэзила, написавшего этот портрет). Вбежавшие слуги увидели великолепный портрет своего хозяина во всём блеске его дивной молодости и красоты. А на полу лежал омерзительный труп, в котором, лишь по кольцам на руках, они узнали Дориана Грея.

В романе «Портрет Дориана Грея» органически объединены основные эстетические положения теории искусства Оскара Уайльда (предисловие к роману) и их художественная реализация (сам роман).

В предисловии писатель утверждает, что “искусство совершенно бесполезно” и “искусство не отражает жизни”. Уайльд принадлежал, как уже говорилось, к такому художественному направлению, как эстетизм, и использовал романтический творческий метод. В стремлении писателя утвердить мысль о превосходстве искусства над жизнью проявляется романтическая абсолютизация творчества и его независимости. В эстетизме Уайльда положения романтической теории приобретают полемическую заострённость, выражаются в форме парадокса. Именно так звучит положение писателя: “Нет книг нравственных или безнравственных. Есть книги или хорошо написанные, или написанные плохо. Вот и всё”. Своё понимание безнравственности искусства Уайльд вложил в уста лорда Генри, который является провозвестником идей самого писателя: “Так называемые «безнравственные» книги — это те, которые показывают миру его пороки, вот и всё”.

Поскольку искусство выше жизни, оно не может рассматриваться с точки зрения человеческой морали. Но это вовсе не значит, что писатель утверждает “безнравственное искусство”. Своим полемическим утверждением Уайльд подчёркивает, что искусство не может быть безнравственным. “Хорошо написанная книга” как произведение искусства всегда будет заключать урок человеку, потому что написана с позиций идеала и по законам красоты, которой чуждо всё безнравственное. “Плохо написанная книга” не является произведением искусства и не заслуживает внимания независимо от того, содержит она мораль или нет. Для художника высшим критерием является красота.

И наконец, самый известный парадокс: “Искусство совершенно бесполезно”. С точки зрения эстетической теории Оскара Уайльда иного не может быть. Понять произведение искусства может лишь человек, тонко чувствующий прекрасное, а для него моральный урок не нужен, ибо он сам живёт по законам красоты (например, лорд Генри). Для других же такое искусство будет недоступным: “Искусство — это зеркало, отражающее того, кто в него смотрится, а вовсе не жизнь”

Бэзил Холуорд заметил в юноше не только его внешнюю красоту, но и внутреннюю чистоту, которую эта красота отражала. И в начале своего жизненного пути Дориан ещё был способен на искреннее раскаяние и мог справедливо оценивать собственные поступки.

Портрет, написанный художником, на самом деле изображал не только главного героя, но одновременно и представление о прекрасном самого Бэзила Холуорда, который видел в юноше свой идеал. Художник стремился воплотить в своём искусстве гармонию тела и духа.

«Портрет Дориана Грея» — это роман о красоте внешней и внутренней, об их соотношении в человеке. Является ли лорд Генри нравственным человеком? Бэзил Холуорд ответил на этот вопрос явно положительно: “Удивительный ты человек! Никогда не говоришь ничего нравственного — и никогда не делаешь ничего безнравственного. Твой цинизм — только поза”.

Все слова и все действия лорда Генри по отношению к Дориану Грею последовательны и преследуют определённую цель.

Лорд Генри вовсе не намерен развращать главного героя, потому как это уничтожит прекрасный облик Дориана. Напротив, он намерен сделать всё, чтобы сохранить красоту своего друга. Первое, что делает лорд Генри, — пытается убедить Дориана в ценности молодости и красоты. И эта попытка увенчалась полным успехом.

Но даже не будучи безнравственным в собственных поступках, можно развращать других людей. Рассуждения Генри Уоттона заставили Дориана пожелать вечной молодости.

Этот роман был написан всего лишь за три недели

существует болезнь «синдром Дориана Грея» — культ молодости, страх перед физическим увяданием и старением.

В основе рома идея о продажи души за вечную молодость. Но эта старая тема развивается в новом контексте, противопоставление жизни и искусства. После окончания партрета Д совершает своеобразную сделку с портретом и сохраняет молодость. Генри уортон герой искуситель. Благодаря ему у дориана появляется стремление оказаться по ту сторону добра и зла, и цель всего этого наслаждение моментом. Лорд – герой идеолог, дает программу, говорящий герой. А дориан герой действующий, который проживает жизнь по программе лорда, и в этой ситуации проверяется не только сам герой, но и программа.  Жизнь дориана в романе, это не раскрытие его сущьности, а переформирование его души. В концепроизведения дориан тяготиться своей жизнью, и больше не хочет жить таким образом. Так опровергается идея вседозволенности, свойственная красоте.  В конце книги он бьет портрет ножом, что означает торжество искусства над убожеством реальной жизни.

27. Пьессы Ибсена.

К середине XIX столетия в истории театра наступила эпоха безвременья. Романтические пьесы с ужасными тайнами и бурными страстями перестали интересовать публику. В эти годы появилось огромное количество инсценировок. Переложения произведений Диккенса и Дюма-отца, Эжена Сю и Бальзака составляли большую часть репертуара театров. Главным жанром во французском и английском театре продолжала оставаться мелодрама;

Началом новой драматургии стали произведения норвежского драматурга Генрика Ибсена (1828—1906). В пьесах Ибсена речь шла о делах семейных, но за супружеским ссорами и изменами вставали проблемы, связанные с устройством мира. За стенами комнаты угадывалась большая, полная тайн жизнь, ощущалось дыхание времени. Поступки героев Ибсен подвергал анализу, обнажая скрытые пружины  людского бытия.

«Человек — часть природы» — за просветителями XVIII столетия  любили повторять во второй половине XIX в. Теории английского естествоиспытателя  Чарлза Дарвина (1809—1882) заинтересовали не только людей науки, но и театра. Под влиянием трудов Д; в театре возникло новое направление — натурализм. Всё происходящее на сцене, считали его сторонники, должно быть натурально т.е. естественно, и не противоречить природе.

У натурализма в театре 6ыла короткая жизнь — всего два десятилетия: с середины 80-х гг. до рубежа  столетий. Однако с этим направлением связано значительное театральное  движение 80-х гг. XIX в. — движение Свободных сцен. Его участники в Англии, Франции, Германии стремились проникнуть в самую суть человеческой натуры. Они призывали приблизить сцену к жизни, убрать театральные условности: зритель должен видеть «жизнь как она есть», с подробностями не всегда приятными, иногда отталкивающими.

Но лучшие драматурги быстро почувствовали, что жёсткие натуралистические требования сковывают творческую свободу — человек гораздо шире своей биологической природы, ему дарована душа.

Представители новой драмы — Герхарт Гауптман, Август Стриндберг, Морис Метерлинк не столько следовали натуралистическим программам, сколько предлагали своё понимание человека и его места в обществе, роли среды и обстоятельств в судьбе людей. Персонажи новой драмы отличались и от героев Шекспира, и от героев французских трагиков, и от романтических страдальцев. Чаще всего они мирились с обстоятельствами — человек оказывался бессильным перед ударами судьбы.

У натурализма были и противники. Они объявили реальный мир лишь жалкой копией мира души, а людей — игрушками в руках потусторонних сил. Во Франции антинатуралистический театр стремились создать, приведя на сцену поэзию. Стихотворные тексты получили зримое воплощение. Границы сценического пространства виделись размытыми, а само пространство должно было стать призрачным, непохожим на реальность, сказочным, фантастическим. Это направление в театральном искусстве называют символизмом. Сторонники символизма обратились к пьесам бельгийского драматурга Мориса Метерлинка (1862—1949) и нашли в них то, что искали, — загадочный, зыбкий мир, который управляется некими недобрыми силами.

Немалую роль в обновлении искусства сцены сыграли драматургические опыты и теоретические работы крупного французского романиста и историка музыки — Ромена Роллана (1866—1944). Он выступал за народный театр. Только в массе, в единении с коллективом человек способен совершать большие дела, считал Роллан. Театр, по его мнению, призван служить «источником энергии» для зрителей, на сцене должны быть представлены героические деяния, а сценическое пространство должно приобрести форму античного амфитеатра.

В конце XIX — начале XX в. многие мастера театра выступали за реформу пространства сцены: сцена-коробка, зрительный зал с ярусами и ложами казались устаревшими, а линия рампы, разделявшая сцену и зрительный зал, представлялась лишней. Авторы архитектурно-театральных проектов того времени предлагали по-новому организовать театральное пространство. Они обращались к опыту прежних эпох — к средневековым мистериям и ренессансным представлениям на открытом воздухе.

На рубеже веков в театральном искусстве утвердилась новая профессия — режиссёр. Выдающиеся постановщики спектаклей появились почти во всех европейских столицах: в Берлине и Париже, в Осло и Лондоне, в Варшаве и Вене. Теперь, оценивая спектакль, критики и зрители обращали внимание в первую очередь на режиссёрское решение. Знаменитые режиссёры имели собственный взгляд на роль и задачи театрального искусства, свои предпочтения при выборе драматургии, в работе с актёрами.

Актёры по-разному воспринимали происходящие перемены. Многие считали, что «режиссёрская горячка» — явление временное (они ошиблись!), и создавали собственные театры. В Англии для себя ставил спектакли Генри Ирвинг; во Франции любимцем публики был прославившийся в комедийных 28.ролях Коклен-старший (1841—1909), также создатель театра. Огромным успехом в Европе пользовалась французская актриса Сара Бернар (1844—1923)-Как и Коклен, она некоторое время играла на разных сценах, а в 1898 г. возглавила театр на парижской площади Шатле, который так и называли — Театр Сары Бернар. Однако время актёров-премьеров заканчивалось, наступал век режиссуры

К рубежу веков относятся поиски новых форм в драматургии. Подверглось сомнению устоявшееся деление пьесы на акты. Жизнь стремительна и изменчива, и сцена пыталась отразить каждое мгновение. В театрах Австрии появились короткие пьески-зарисовки напоминающие моментальные снимки. Историки театра «е спектакли с творчеством художников-импрессионистов.

В Италии возник футуризм (от ит. Futuro – «будущее». Глава движения  Филиппо Томмазо Маринетти  видел задачу искусства в приближении будущего. Маринетти был убежден, что искусство будущего ничего не должно брать из прошлого. Слова на сцене надоели, слово лживо (недоверие к слову характерно для всего авангарда), а раз не нужно слово, то не нужен и актёр — такой, к которому привыкла публика. Актёра на сценической площадке заменит марионетка, похожая на механическую куклу. Обычный театр уступит место варьете (от фр. variete — «разнообразие»), где зритель станет участником действия — будет подпевать, отвечать на реплики актёров и т. д. Искусство прошлого (и не только искусство — жизнь) заслуживает осмеяния — так легче встретить новую эпоху. Впрочем, футуризм не задержался на итальянской сцене — он был подобием лабораторного опыта. Театр, в центре которого — актёр, больше других видов искусства сопротивлялся разложению формы и радикальным новациям.

Из разного рода «измов» наиболее приемлем для сцены оказался экспрессионизм — явление военных и послевоенных лет. Новые, острые формы, рваные ритмы, надломленные позы и актёрские голоса, звучащие непрерывным криком, — следствие реальных переживаний, ответ молодого поколения европейцев, прежде всего немцев (нации, потерпевшей поражение), на ужасы, смерть и кровь. Травмы войны, физические и душевные, требовали отражения в искусстве — и театральный экспрессионизм стал ответом на требование времени. Экспрессионизм просуществовал на сцене около десяти лет (с 1914 по 1924 г.) и особенно ярко проявился в театральном искусстве Германии и Австрии.

Современная театральная система сложилась к середине 20-х гг. Многие смелые эксперименты были уже позади. Натиск авангарда театр выдержал, взяв на вооружение то, что подходило сцене. Так, плодотворной оказалась идея «дематериализации» сценического пространства. Режиссёры научились показывать сны, видения, мечты героев. Для этого по-новому использовали свет на сцене, иначе делили сценическую площадку на участки — сочетали «пространство жизни» и «пространство души».

В 30-х гг. немецкий драматург, режиссёр и теоретик театрального искусства Бертольт Брехт заявил, что нужен принципиально новый подход к задачам театра. По мнению Брехта, театр не должен лишь подражать жизни, а должен «отстранённо, эпически» эту жизнь показывать. Зритель же превратится в наблюдателя: он будет размышлять, а не волноваться, руководствоваться разумом, а не чувством. Современные режиссёры и актёры умеют создавать «дистанцию» между ролью и исполнителем, т. е. пользуются приёмами отчуждения Брехта. Психологический театр — изображение на сцене «жизни в формах самой жизни» — никуда не исчез, хотя гибель ему на протяжении столетия предрекали очень многие.

Отношения сцены с драматургией в XX в. стали иными, чем в прошлые времена. Теперь режиссёр, а не актёр часто чувствовал себя хозяином. С приходом режиссёров авторы пьес вынуждены были признать умаление собственной роли.

Тайна обаяния Ибсена и своеобразие его метода заключались не в увлекательности сюжета, не в погоне за эффектом. В своих лучших драмах он дает строго реалистические картины повседневной жизни и стремится к максимальной простоте. Он часто воскрешает принципы трех единств. Действие у него часто развертывается в одной и той же комнате, в течение одних суток. Ибсен  оттенял простотой и единством обстановки значительность содержания своих  пьес.

Характерная черта ибсеновских драм та, что они является разрешением давно назревших конфликтов. Каждая пьеса Ибсена представляет собой как бы последний этап жизненной драмы, ее развязку. Многие важнейшие события отнесены в прошлое, в предысторию пьесы. Все главные герои Ибсена хранят про себя заветную тайну, и она постепенно становится известной зрителям. Иногда это  позорная или преступная тайна, как у консула Берника («Столпы общества»),  Ребекки Вест («Росмерсхольм»), строителя Сольнеса и многих других. Иногда это святая тайна, история долгого самопожертвования, как у Норы или фру Альвинг. При этом вся пьеса превращается в картину расплаты за ранее совершенное, будь это преступление или ошибка.

Вторая характерная черта — наличие в пьесе Ибсена дискуссий, длительных споров, носящих идейный, принципиальный характер. Герои сами обсуждают и объясняют случившееся. Так,    фру   Альвинг в    споре    с пастором,    защитником  мертвых   традиций,   опровергает его   на   своем  собственном страшном примере. Нора разбивает все доводы Гельмера а в защиту буржуазной семьи. Спор доктора Стокмана с городскими  заправилами выносится на трибуну митинга. Это соединение  глубокой психологической драмы с ее четким и эмоциональным объяснением  придает пьесам  Ибсена особенную  убедительность.

Драмы Ибсена, обошедшие все театры мира, оказали сильное влияние на мировую драматургию. Критика социальной действительности и интерес к душевной жизни героев становятся законами передовой драмы на рубеже XIX и XX вв. Под непосредственным воздействием Ибсена складываете творчество таких драматургов, как Б. Шоу  и   Г. Гауптман

Стремился драматург поставить  актуальнейшие вопросы  своего времени, показать глубокое противоречие между официальной моралью и подлинной нравственностью ("Норма, или Любовь политика", 1851; "Комедия любви", 1862). Одна из наиболее значительных пьес Ибсена - философская драма "Бранд" (1865). По признанию автора, концепция произведения в ходе работы над ним претерпела значительные изменения. Абстрактные моральные понятия уступают место конкретным, типическим качествам человека, социальная же детерминированность поступков и психологии героев "Бранда" выражена в обобщенно-символической форме. Так, лишь немногие персонажи названы по именам - Бранд, Эйнар, Агнес, Герд. Однако и остальные, безымянные фигуры (фогт, доктор и др.), не лишены индивидуальных характеристик.

Главный герой пьесы - священник Бранд, человек цельный и бескомпромиссный, стремящийся неуклонно следовать божьим заповедям и того же требующий от других. Все или ничего -таково прокламированное им жизненное кредо. На своем подвижническом пути к идеальному образу жизни, к преодолению в окружающих и себе самом "троллей" - человеческих слабостей и пороков - Бранд теряет сына и жену, а затем и доверие народа, осознавшего нематериальность того нового мира, к которому его ведет Бранд. Одинокий и непогрешимый бунтарь погибает, погребенный под снежной лавиной, успев все же перед смертью открыть свое сердце навстречу "свету, и солнцу, и нежности". Очевидна неоднозначность образа Бранда; с одной стороны, он не может не восхищать мятежностью духа, мощью своего протеста, с другой - вызывает неприятие именно своей одномерностью, недостатком милосердия к людям.

Мотив преодоления человеком "троллей" проходит через все творчество Ибсена. Звучит он и в одной из знаменитых его пьес - поэтической драме "Пер Гюнт" (1866). Как и предшествующее произведение, "Пер Гюнт" имеет философский характер, насыщен - и в содержательном, и в художественном планах - символикой.

Пьеса построена на принципе взаимопроникновения фольклорно - сказочной и романтической поэтик. Из фольклора заимствованы заглавный образ и даже отдельные сюжетные  коллизии. Об искусном затейнике и плуте Пере Гюнте и его похождениях речь идет, например, в "Норвежских народных сказках", собранных и обработанных Асбьёрнсеном. Однако "Пер Гюнт" Ибсена обращен к современной драматургу действительности. Сказочный персонаж под пером Ибсена превращен в тип беспринципного дельца, тщеславного и бесстыдного, в полной мере усвоившего науку "идти сторонкой", "в обход".

Трансформация смелого и дерзкого парня, любящего мать, способного бросить вызов богачу, в приспособленца, сознательно меняющего местами девизы "быть самим собой" и быть "довольным самим собой", имеет отнюдь не сказочную, а вполне реалистическую подоплеку. Семена зла, посеянные в душе 29.Пера "троллями", падают на вполне подготовленную и благодатную почву. Лишь иногда просыпается в нем человек - при встрече с Сольвейг, в час смерти матери. Но всякий раз Перу недостает решимости сделать правильный выбор. Он покидает родину и Сольвейг; забыв о чести и совести, торгует неграми; ввозит в Китай языческих божков и одновременно поставляет Библию и хлеб миссионерам, вознамерившимся обратить китайцев в христианскую веру; сознавая, что турок, захватчиков Греции, "ждет расплата", он помогает именно им, ибо "чем дальше борьба зайдет", тем больше возможностей "расставлять силки" и набивать карманы. Пер Гюнт не прочь обосновать свою позицию и философски: норвежец он лишь родом, а "духом... космополит". Не случайно автор уподобляет Пера пустой дикой луковице: "Внутри ни кусочка. // Что же осталось? Одна оболочка" (перевод П. Карпа).

В страхе перед наказанием - "переплавкой", на которую он должен быть отправлен Пуговичным мастером, - Пер задается горестным вопросом: "Не стал ли я мертвым еще до кончины?" Есть основания говорить о своеобразном преломлении в пьесе Ибсена фаустовской темы. При этом перед нами Фауст новой общественной формации, Фауст "наизнанку", который идет на  союз с "чертом" из исключительно корыстных соображений.

И все же автор не отказывает своему герою в возможности нравственного очищения, обретения цельности, какой обладал он в представлении Сольвейг, многие годы дожидавшейся любимого.

Драма "Кукольный дом" положила начало своеобразному "семейному циклу" пьес Ибсена. Автор с такой силой осуществил в своем произведении анализ одной женской души, что частный на первый взгляд случай приобрел характер социально-психологического обобщения.

Героиня пьесы, жена адвоката Хельмера Нора, имеет, казалось бы, все необходимое для счастья: любимого мужа, детей, дом... Никто и не подозревает, что за внешней веселостью и шаловливостью этой "белочки", "жаворонка", "певуньи-пташечки" скрываются огромное напряжение сил и способность на безоглядное самопожертвование. В свое время Нора, чтобы добыть деньги для лечения опасно больного мужа, подделала на векселе подпись отца. И вот наступает момент разоблачения, момент испытания двоих перед лицом беды. Но Хельмер этого испытания не выдерживает: короткого времени опасности хватило, чтобы он сбросил с себя маску безгранично любящего мужа и обнаружил свое истинное лицо. Разительность происшедшей с героем перемены автор подчеркивает мастерским приемом: страстное признание в любви и преданности ("Знаешь, Нора... не раз мне хотелось, чтобы тебе грозила неминуемая беда и чтобы я мог поставить на карту свою жизнь и кровь - и все, все ради тебя") Хельмер произносит непосредственно перед прочтением рокового письма, и тут же звучат слова совершенно иные: у нее - "ни религии, ни морали, ни чувства долга... меня, пожалуй, заподозрят в том, что я знал о твоем преступлении...". Стоило только отступить опасности разоблачения - и на Хельмере, мгновение назад называвшего Нору "лицемеркой, лгуньей, преступницей", вновь оказывается маска "советчика и руководителя". Но ничто уже не может вернуть Нору к прежней жизни. Она уходит из "кукольного дома", этой "большой детской", уходит, чтобы "разобраться в самой себе и во всем прочем", "воспитать себя самое".

В пьесах Ибсена 70 - 80-х гг. преодолеваются романтические тенденции, усиливается сатирическое начало. Новаторство драматурга обнаруживается и в поэтике пьес. Ее основные приметы -глубокий психологизм, насыщенность реалистической символикой, подтекстами, лейтмотивами. Начиная с "Кукольного дома", автор использует свой новый "технический прием" - дискуссию. Этот прием станет неотъемлемой составной частью современной драмы вообще. Именно "Кукольный дом" положил начало "новой драме". Как утверждал Б. Шоу в своей книге "Квинтэссенция ибсенизма", он "завоевал Европу и стал школой драматического искусства". Определяющим же художественным принципом драматургии Ибсена стала интеллектуально-аналитическая композиция, обеспечивающая раскрытие общего через частное, постепенное разоблачение реального положения вещей.

Ибсен говорил о том, что надо создавать национальный репертуар и поэтому изначально обращался к народному творчеству, поэтому произведения 1 и 2 этапов его творчества насыщены фольклорными образами. Драматургия должна выполнять следующие цели: делать драму серьезной – она должна воспитывать зрителя, заставить его мыслить вместе с автором и главным героем, и сделать читателя соавтором драматурга. Поэтому для И. была важан духовная жизнь его героев.

Одна из важных тем- тема поиска своего места в жизни. он считал, что присутствие автора не должно ощущаться,его идея должна проходить скрыто.  В драме не должны бороться идеи, этого не бывает в жизни. пьеса не должна заканчиваться, нет падения занавеса, тк настоящий финал находится вне рамок пьесы, те зритель должен дойти до финала путем личного творчества.

Самым значительным является третий период творчества. Создание нового типа драмы. Дамы реалистической с социально-психологическими элементами и включение символики. «Драма идей»

«Кукольный дом» - кроткая, всегда оживленная норма, нежная мать и жена, пользуется как будто безграничным обожанием своего мужа.но на самом деле остается для него только куколкой. Ей не позволяется иметь свои взгляды и суждения. Адвокат Гельмер, ее муж, никогда не говорит с ней ни о чем серьезном. Сами заботы о жене носят показной характер, он не подозревает, что самые тяжелые заботы лежат на плечах жены. Чтобы спасти мужа, заболевшего в первый год брака туберкулезом, она занимает деньги у ростовщика и отвозит его по совету врачей в италию. Но по законам того времени, нора не могла занять деньги без поручительства мужчины. нора поставила под векселем имя своего больного отца, якобы поручившегося за ее платежеспособность. Ростовщик Крогстад в дальнейшем терроризирует нору, угрожает ей тюрьмой, и требует места в банке где ее муж является директором. Смертельно боясь  разоблачения, она изображает счастливую женщину, куколку. Она надеется на чудою. Ей кажется что ее муж, сильный и благородный человек, спасет ее. Но вместо этого он , получив письмо шантажа от ростовщика, впадает в ярость, обрушивается на жену с упреками. Он запрешает ей общаться с детьми, чтобы она не могла развратить их. В этот момент ростовщик под влиянием своей любимой женщины уничтожает вексель и отказывается от шантажа. Но это неожиданное спасение возвращает покой только адвокату, он снова осыпает ласками нору. Нора же прерывает этот поток ласки и хочет сесть и обсудить, что же произошло.  С резкой прямотой и суровостью она характеризует ту бездну, что образовалась между ними.это не был союз двух равно любящих людей, их брак оказался простым сожительством. Она считает что прежде чем быть женой и матерью она должна быть человеком. Она уходит от мужа и троих детей, громко хлопнув дверью.

В этой пьесе противопоставление внешне простых действий героев с глубогим внутренним психологизмом. Здесь поднят вопрос о правах женщины и о социальном неравенстве в целом. Нора борится не только за личное счастье, но и за человеческие права. 8тняя замужняя жизнь оказывается сожительством.

Пьеса стремительно движется к трагической развязке. (экспозиция, конфликт, дискуссия.

Дискуссия является обязательным элементом пьесы.

Символика: символично название произведения  и уже с самого начала  нора говорит, что не хочет быть куклой в доме своего мужа.