Поделись с друзьями
Нужна помощь в написании работы?

В конце 1990-х Трифонова называли властителем дум. В последнее десятилетие интерес к его творчеству несколько угас. Но в том и состоит судьба подлинного искусства, что оно пробивается и сквозь цензурные рогатки, и сквозь несправедливое забвение и равнодушие. В 1999 г. состоялась первая международная конференция, посвященная творчеству Ю. Трифонова, талантливейшего русского писателя второй половины XX в., создавшего уникальный художественный мир - слепок эпохи, в которую ему выпало жить.  Содержание произведений Трифонова в большой степени автобиографично, в основе многих сюжетных поворотов и судеб героев - его собственная нелегкая судьба.  Юрий Трифонов родился в семье профессионального революционера Валентина Трифонова, расстрелянного в 1938 г. Отцом писатель всегда гордился. Через многие произведения Юрия Трифонова проходит мотив утраченного золотого детства в Доме на набережной (Доме правительства, как его называли в народе, - так много представителей новой революционной элиты жило здесь), на даче в Серебряном Бору.

Вслед за арестом отца на семью обрушились тяжелые испытания. Восемь лет провела в карагандинском лагере для членов семей врагов народа его мать. Тринадцатилетний Юра с сестрой и бабушкой были выселены из прежней квартиры. Война заставила их эвакуироваться в Ташкент.

Возвратившись в Москву, Ю. Трифонов работает на авиационном заводе. В 1944 г. он становится студентом Литературного института. Первое его произведение - повесть “Студенты” (1951) - приносит ему Сталинскую премию и шумный успех. “Теперь из романа “Студенты”, которым набита целая полка в моем шкафу, я не могу прочесть ни строки”, - признавался писатель в 1973 г.

Время, жизненный опыт, перемены в общественном сознании заставили Трифонова пересмотреть не только противопоставление скромного, упорного, всего добивающегося нелегким кропотливым трудом Вадима Белова, на чьей стороне его авторские симпатии, и блестящего, талантливого Сергея Палавина, которому все дается легко, без усилий. В зрелых произведениях писатель иначе оценит описанные в повести отношения коллектива и индивидуальности. Им будет в корне переосмыслен главный конфликт - травля институтским коллективом “космополита” профессора Козельского, автора книги о Достоевском, талантливого и требовательного преподавателя, наделенного, однако, рядом клишированных черт отрицательного персонажа. Решающий удар наносит ему Вадим Белов, выступив от имени студентов на Ученом совете.

По иронии судьбы после присуждения Сталинской премии Трифонов сам пережил подобное собрание, осудившее его за то, что при заполнении анкет он не указал, что его отец - враг народа. Этому событию посвящен один из рассказов последних лет “Недолгое пребывание в камере пыток”.  За повестью “Студенты” последовала достаточно долгая полоса творческих неудач. Задумав роман о строительстве канала в Каракумах, Трифонов отправляется в Туркмению. Результатом длительных и многократных командировок стали сборник рассказов “Под солнцем” (1959) и роман “Утоление жажды” (1963). Смерть Сталина, XX съезд, последовавшие изменения в обществе наложили отпечаток на сюжет и характеры второго романа Ю. Трифонова, в особенности на образ журналиста Петра Корышева, чей отец реабилитирован посмертно. Образ человека, живущего “ненастоящей жизнью”, сломленного временем, выводит произведение Трифонова за рамки производственного романа, черты которого отчетливо проступают в повествовании об одной из “великих строек социализма”.

В зрелой прозе Трифонова можно выделить два пласта: исторические произведения и произведения, посвященные современности, так называемые городские повести. Однако условность этого деления становится очевидной при внимательном прочтении. История

проникает в повести о современности, а проблематика исторической прозы тесно связана с вопросами, актуальными в 1970-е годы.  Работа над произведениями, посвященными исторической и современной проблематике, шла параллельно. За “городскими” повестями, написанными одна за другой - “Обмен” (1969), “Предварительные итоги” (1970), “Долгое прощание” (1971) - последовала повесть об Андрее Желябове “Нетерпение” (1973). Затем Трифонов работает над повестью “Другая жизнь” (1975), героем которой становится профессиональный историк Сергей Троицкий.

В таких произведениях, как “Дом на набережной” (1976) и “Старик” (1978), вообще невозможно отделить прошлое от настоящего без насилия над художественной тканью.  В произведениях последних лет (роман “Время и место”, 1980; повесть в рассказах “Опрокинутый дом”, 1980) все годы и десятилетия, прожитые героями и автором, предстают как масштабная историческая эпоха.  В 1987 г., после смерти писателя опубликован ранее неизданный роман “Исчезновение”, в котором явственны пересечения со многими произведениями Трифонова (”Отблеск костра”, “Дом на набережной”, “Старик”, “Время и место”). По свидетельству вдовы писателя О.Трифоновой, роман написан в 1968 г.  Документальная повесть “Отблеск костра” (1965) стала поворотным моментом творческой судьбы Трифонова. За ее публикацией последовал всплеск живого читательского интереса к его произведениям, не иссякавшего до его смерти.

Эта повесть посвящена революционной деятельности отца писателя. Впервые Ю. Трифонов пытается ответить на мучающие его вопросы: кто виноват в трагической судьбе отца; какова цена быстрых преобразований, решительного вмешательства в ход истории. Обнаженная автобиографичность, предельная искренность придают документальному произведению особое лирическое звучание.

В последнем своем произведении “Опрокинутый дом” Трифонов отбрасывает все литературные маски и говорит с читателем от первого лица о собственной судьбе. Цикл посвящен заграничным поездкам писателя. Сквозь впечатления этих поездок проглядывают иные места и времена. Один из таких эпизодов - воспоминание об отзыве редактора на рассказы Трифонова: “Все какие-то вечные темы”. Однако то, что когда-то казалось молодому автору катастрофой (рассказы не приняли к публикации), через много лет осознается как знак качества, как пророчество долгой жизни Ю. Трифонова в литературе.

В 50-80 годах расцвел жанр так называемой «городской» прозы. Эта литература прежде всего обращалась к личности, к проблемам повседневных нравственных отношений.

Кульминационным достижением «городской» прозы стали произведения Юрия Трифонова. Именно его повесть «Обмен» положила начало циклу «городских» повестей. В «городских» повестях Трифонов писал о любви и семейных отношениях, самых обычных, но вместе с тем мнргосложных, о столкновении разных характеров, разных жизненных позиций, о проблемах, радостях, тревогах, надеждах обычного человека, о его быте.

В центре повести «Обмен» довольно типичная, заурядная жизненная ситуация, которая тем не менее вскрывает очень важные нравственные проблемы, возникающие при ее разрешении.

Главные герои повести — инженер Дмитриев, его жена Лена и мать Дмитриева — Ксения Федоровна. Их связывают довольно непростые отношения. Лена никогда не любила свою свекровь, более того, отношения между ними «отчеканились в форме окостеневшей и прочной вражды». Ранее Дмитриев часто заводил разговор о том, чтобы съехаться с матерью, женщиной пожилой и одинокой. Но Лена всегда бурно протестовала против этого, и постепенно эта тема в разговорах мужа и жены возникала все реже, потому что Дмитриев понимал: ему не сломить волю Лены. Кроме того, Ксения Федоровна стала неким инструментом вражды в их семейных стычках. Во время ссор часто звучало имя Ксении Федоровны, хотя вовсе не она служила началом конфликта. Дмитриев упоминал о матери, когда ему хотелось обвинить Лену в эгоизме или черствости, а Лена говорила о ней, стремясь надавить на больное или просто съязвить.

Говоря об этом, Трифонов указывает на процветание неприязненных, враждебных отношений там, где, казалось бы, всегда должно быть только взаимопонимание, терпение и любовь.

Основной конфликт повести связан с тяжелой болезнью Ксении Федоровны. Врачи подозревают «самое худшее». Вот тут-то Лена и берет «быка за рога». Она решает срочно урегулировать вопрос об обмене, съехаться со свекровью. Ее болезнь и, возможно, приближающаяся смерть становятся для жены Дмитриева путем к решению квартирного вопроса. О нравственной стороне этого предприятия Лена не задумывается. Услышав от жены о ее страшной затее, Дмитриев пытается заглянуть ей в глаза. Пожалуй, он надеется найти там сомнение, неловкость, виноватость, но находит только решимость. Дмитриев знал, что «душевная неточность» его жены обострялась, «когда вступало в действие другое, сильнейшее качество Лены: умение добиваться своего». Автор подмечает, что Лена «вгрызалась в свои желания, как бульдог» и никогда не отступала от них, пока они не осуществлялись.

Сделав самое трудное — сказав о задуманном, Лена действует очень методично. Как тонкий психолог, она «зализывает» мужу ранку, добивается примирения с ним. А он, страдая от безволия, не может, не умеет противостоять ей. Он отлично понимает весь ужас происходящего, осознает цену обмена, но не находит в себе сил чем-то воспрепятствовать Лене, как некогда он не нашел сил примирить ее со своей матерью.

Миссию сказать о предстоящем обмене Ксении Федоровне Лена, естественно, возложила на мужа. Этот разговор и есть самое страшное, самое тягостное для Дмитриева. После операции, подтвердившей «худшее» , Ксения Федоровна почувствовала улучшение, у нее появилась уверенность в том, что она идет на поправку. Сказать ей об обмене — значит лишить последней надежды на жизнь, ибо не догадаться о причине такой лояльности долгие годы враждующей с ней снохи эта умная женщина не могла. Осознание этого и становится самым мучительным для Дмитриева. Лена с легкостью составляет для мужа план разговора с Ксенией Федоровной. «Вали все на меня!» — советует она. И Дмитриев вроде бы принимает Ленино условие. Его мать простодушна, и, объясни он ей все по Лениному плану, она вполне может поверить в бескорыстие обмена. Но Дмитриев опасается своей сестры Лоры, которая «хитра, «прозорлива и очень не любит Лену». Лора давно раскусила жену брата и сразу догадается, какие козни стоят за идеей обмена. Лора считает, что Дмитриев ее и мать тихонько предал, «олукьянился», то есть стал жить по тем правилам, на которые опираются в жизни Лена и ее мать, Вера Лазаревна, которые некогда установил в их семье отец, Иван Васильевич, предприимчивый, «могучий» человек. Именно Лора заметила бестактность Лены еще в самом начале их семейной с Дмитриевым жизни, когда Лена, не задумываясь, забирала себе все их лучшие чашки, ставила ведро возле комнаты Ксении Федоровны, без колебаний снимала портрет своего свекра со стены средней комнаты и перевешивала его в проходную. Внешне это только лишь бытовые мелочи, но за ними, как сумела разглядеть Лора, кроется нечто большее.

Особенно ярко кощунство Лены обнаруживается на утро после разговора с Дмитриевым. У нее плохое настроение, потому что ее мама, Вера Лазаревна, заболела. У Веры Лазаревны мозговые спазмы. Чем не причина для печали? Конечно, причина. И никакое предвестие смерти свекрови сравниться с ее горем не может. Лена черства душой и, кроме того, эгоистична.

Эгоизмом наделена не только Лена. Эгоистичен и коллега Дмитриева Паша Сниткин. Вопрос о поступлении его дочери в музыкальную школу для него куда более важен, чем смерть человека. Потому что, как подчеркивает автор, дочь — собственная, родная, а умирает человек чужой.

Бесчеловечность Лены контрастирует с душевностью бывшей любовницы Дмитриева, Татьяны, которая, как осознает Дмитриев, «была бы ему, наверное, лучшей женой». Весть об обмене заставляет Таню покраснеть, потому что она отлично все понимает, она входит в положение Дмитриева, предлагает ему деньги взаймы и проявляет всяческое сочувствие.

Безучастна Лена и к собственному отцу. Когда тот лежит с инсультом, она думает только о том, что у нее горит путевка в Болгарию, и спокойно отправляется на отдых.

Противопоставлена Лене и сама Ксения Федоровна, которую «любят друзья, уважают сослуживцы, ценят соседи по квартире и по павлиновской даче, потому что она добродетельна, уступчива, готова прийти на помощь и принять участие».

Лена все-таки добивается своего. Больная женщина соглашается на обмен. Вскоре она умирает. Дмитриев переносит гипертонический криз. Портрет героя, уступившего в этом беспощадном деле жене, осознающего значение своего поступка и испытывающего оттого душевные страдания, в конце повести резко меняется. «Еще не старик, но уже пожилой, с обмякшими щечками дяденька»,— таким видит его рассказчик. А ведь герою только тридцать семь лет.

Слово «обмен» в повести Трифонова приобретает более широкий смысл. Речь идет не только об обмене жилья, совершается «обмен нравственный», совершается «уступка сомнительным жизненным ценностям». «Обмен произошел... — говорит Ксения Федоровна своему сыну. — Это было очень давно».