Нужна помощь в написании работы?

В комедии «Бригадир» среди прочих отрицательных персонажей существуют образы галломанов: Ивана, сына Бригадира и Бригадирши, и Советницы. Фонвизин применяет здесь прием удвоения отрицательных персонажей, которым впоследствии будет широко пользоваться, в своих комедиях Гоголь. Пренебрежение ко всему русскому, отечественному носит у Ивана откровенный и даже вызывающий характер. Он бравирует своим французолюбием. «Тело мое родилося в России, это правда; однако дух мой принадлежал короне французской». Советница восхищается Иваном, его рассказами о Франции. Она щеголиха и каждое утро по три часа проводит у туалета за промериванием модных чепцов.

Первый раз мы встречаемся с Советницей уже в I явлении первого действия: она в дезабилье (модном утреннем платье) и корнете, жеманяся, разливает чай. Только по одной этой авторской ремарке уже можно составить первое впечатление о Советнице. Это дама, которая является рабой моды, причем моды не только на одежду, но и на манеры, жесты и обхождение в обществе.

В первом действии идет разговор о предстоящей свадьбе Софьи (дочери Советника и падчерицы Советницы) и Ивана (сына Бригадира и Бригадирши). Вступая в беседу, Авдотья Потапьевна обнаруживает перед читателем главную сторону своего характера. Чтобы охарактеризовать специфическую черту ее натуры, Фонвизин пользуется приемом автохарактеристики, или самораскрытия:

Советница: Ах! Сколь счастлива дочь наша! Она идет за того, который был в Париже! Ах! Радость моя! Я довольно знаю, каково жить с тем мужем, который в Париже не был.

Автор смеется над героиней, ведь она завидует собственной дочери, и иронизирует над тем, что она благоговеет и преклоняется перед заграницей. Она без доли юмора и со всей серьезностью сообщает, что главной добродетелью для мужчины является посещение Парижа. По ее логике, если человек не был там, то его жизнь прожита зря. Смешное здесь скрывается под маской серьезности тона Советницы. Несмотря на иронию, у автора преобладает отрицательное и насмешливое отношение к таким мыслям жены Советника. Эти черты составляют основу образа Авдотьи Потапьевны. Советница тянется к Ивану душой и телом: их объединяет безграничная любовь ко всему иностранному, они готовы часами обсуждать преимущества заграничной жизни перед жизнью в России.

Французомания – еще одна черта натуры Советницы. Мерилом человеческой ценности и полезности для нее является то, был человек в Париже или нет. При встрече с незнакомым ей Добролюбовым она в первую очередь спрашивает его об этом. Услышав отрицательный ответ, жена Советника теряет к нему всяческий интерес. Лишь Иван «достоин» называться настоящим мужчиной – ведь он был в Париже! Собственно, это главная тема, которая связывает Ивана и Советницу. Эти «влюбленные» готовы целые дни проводить в разговорах о Франции. Бригадирский сын при каждом удобном случае хвалится своей поездкой в Париж и на ходу придумывает истории о том, с каким восхищением его принимали французы. Советница же ловит каждое его слово и не устает восхищаться им.

Советница к тому же оказывается совершенной лентяйкой, не способной к какому-либо труду: ни умственному, ни физическому. Об этом она сообщает сама, причем без всякого стыда и угрызений совести:

Советница: Ах, душа моя. Умираю с скуки. И если бы поутру не сидела я часов трех у туалета, то могу сказать, умереть бы все равно для меня было; я тем только и дышу, что из Москвы присылают ко мне нередко головные уборы, которые я то и дело надеваю на голову… После туалета лучшее мое препровождение в том, что я загадываю в карты.

Внимание!
Если вам нужна помощь в написании работы, то рекомендуем обратиться к профессионалам. Более 70 000 авторов готовы помочь вам прямо сейчас. Бесплатные корректировки и доработки. Узнайте стоимость своей работы.

Единственное ее занятие состоит в перемене туалетов и игре в карты. Все свое негодование и презрение по поводу дворянской лени и безделья Фонвизин вкладывает в уста Советника:

Советник: Может быть, я имел бы свой кусок хлеба и получше, ежели бы жена моя не такая была охотница до корнетов, манжет и прочих вздоров, не служащих ни к временному, ни к вечному блаженству.

У героини нет даже желания трудиться. Она знает, что за нее все сделают другие (которых она называет – «скотина»).

Чтобы еще больше подчеркнуть деградацию личности Советницы, автор награждает ее репликой, согласно которой Советница призывает Ивана бросить все науки и читать только любовные романы:

Советница: Не поверишь, как такие книги просвещают. Я, не читав их, рисковала бы остаться навеки дурою.

Такие высказывания героини вызывают саркастический смех. Авдотья Потапьевна не только признается в своей нелюбви к наукам, но еще и развращает молодого Ивана, когда советует следовать ее примеру. По ее мнению, грамматика не нужна, особенно в деревне; одну грамматику она уже изорвала на папильотки. Такая дама, которая использует грамматику не по назначению и рвет ее на папильотки, может вызывать только презрительный и беспощадный смех.

Автор насмехается над Иваном и Авдотьей Потапьевной. Эта насмешка скрыта в речи героев. Фонвизин, пародируя жаргон кокеток и щеголей, заставляет героев почти в каждом предложении употреблять либо модные словечки, либо французские слова и выражения. Интерес представляет и то, что оба они коверкают французские слова, придавая им русские окончания. В результате – их речь похожа на смесь французского с нижегородским. Создается такое ощущение, что они говорят на каком-то только им доступном языке, потому что окружающие люди с трудом понимают их.

«Скиляжничать», «дискюрировать», «ах, душа моя!», «экскюзовать» - вот примеры словоупотребления, характерные для Советницы.

Фигура Авдотьи Потапьевны вызывает у автора временами даже хохот. Чтобы читатель тоже вдоволь посмеялся над женой Советника, Фонвизин заставляет героиню произносить смешные фразы:

Советница:…Выбрали такую сурьезную материю, которую я не понимаю.

…Мои уши терпеть не могут слышать о чертях и о тех людях, которые столь много на них походят.

…Я вижу, что у тебя на голове пудра, а есть ли что в голове, того черт меня возьми, приметить не могу.

Ты одолжишь меня чрезвычайно. Без сумнения, мы рождены под одною кометою.

По этим и другим примерам видно, что автор пародирует замысловатую речь модниц, щеголих и кокеток, к коим относится и Советница. Сатирик насмехается над тем, с какой серьезностью и важностью она вставляет в разговор к месту и не к месту иностранные слова. Тем самым, жена Советника набивает себе цену: она хочет казаться образованной женщиной, знающей иностранные языки, одевающейся по моде и весьма популярной у молодых франтов и модников, бывающих в других странах.

Вероятно то, что Фонвизин позаимствовал примеры модного жаргона в сатирических журналах Новикова, потому что отдельные слова Советницы схожи с теми, что напечатаны Новиковым в «Словаре модного щегольского наречия».

Авдотья Потапьевна гордится не только знанием французских слов, но и своим дворянским титулом. Очевидно, именно этот титул позволяет ей с отвращением и пренебрежением относиться к крепостным людям. На вопрос Бригадирши держит ли она для своих дворовых людей общий стол или выдает им деньги на пропитание, Советница отвечает:

Советница:…Я почему знаю, что ест вся эта скотина?…Мы сами в деревне обходимся со всеми без церемонии.

Безусловно, такие речи достойны гневного обличения и высшей степени негодования. В таких моментах автор показывает истинное отношение дворян к крепостному народу – людям, которые вынуждены быть на положении рабов у деспотов и извергов.

Порочная натура Советницы еще более полно раскрывается в ее отношении к собственному мужу. Говоря о нем, она не стесняется в выражениях:

Советница: Я сама стражду, душа моя, от моего урода. Муж мой – прямая приказная строка. Мой урод при всем том ужасная ханжа: не пропускает ни обедни, ни заутрени и думает, радость моя, что будто бог столько комплезан, что он за всенощною простит ему то, что днем наворовано.

Фонвизин в облике Советницы пародирует тогдашние господские нравы: моду на свободные отношения в браке, моду на измены и частую смену любовников. Она абсолютно честно и открыто высказывает свое мнение о тех, кто не следует этой моде:

Советница: Все соседи наши такие неучи, такие скоты, которые сидят по домам, обнявшись с женами. А жены их – ха, ха, ха, ха! – жены их не знают еще и до сих пор, что это – дезабилье, и думают, что будто можно прожить на сем свете в полшлафроке. Они, душа моя, ни о чем больше не думают, как о столовых припасах, прямые свиньи…Для меня нет ничего комоднее свободы. Я знаю, что все равно, иметь ли мужа, или быть связанной.

Советница упрекает мужа в консервативности взглядов:

Советница: Он говорит…будто муж и жена составляют одного человека.

Из этих слов следует вывод, что супружеская верность для героини – абсолютно необязательная вещь в браке. Вкладывая в уста Авдотьи Потапьевны такие слова, Фонвизин пародирует «модные» взаимоотношения супругов. Мы видим, что Советница не способна на истинное человеческое чувство, в частности – на любовь. Презрительный смех вызывает то, как дворяне подменяют любовь пошлым и грязным ухаживанием.

В обрисовке образа Советницы автор пользуется сатирическими красками, однако природа ее характера ограничивается лишь небольшим набором специфических черт: французоманией, страстью к моде, глупостью и необразованностью, ленью и паразитизмом.

Справка:

Галломания образованно от сочетания двух слов «галлов», как обозначения французов и «мания». В широком смысле галломания – это страстное почтение ( со стороны преимущественно не французов) ко всему французскому ( будь то искусство, литература, история и т.д.), которое выражается в желании всячески подражать быту французов и возвеличивать его над бытом остальных народов. Галломания процветала в высших слоях европейского общества эпохи Просвещения как отражение культурного и политического расцвета Франции.  В России мода на все французское распространяется с первой трети 18 века и достигает своего апогея при Екатерине 2, когда русских галломанов высмеивали  многие литераторы, в том числе и Д.И. Фонвизин.

Галломания в русской литературе и обществе была явлением подражательности, проистекавшей из знакомства с Западной Европой и, в особенности, с Францией. Галлофобия же являлась оппозицией этому явлению в консервативно настроенной части общества, возмущенной переделками русской жизни на французский лад. В галломании эпохи Екатерины II различают два течения. Одно выражалось в  бесконечной расточительности и роскоши, и в том, что французский язык стал разговорным языком салонов, а русский потерял свою значимость и стал практически языком крестьян и челяди.

Другое, более серьезное, течение в галломании выражалось в уважении к французским мыслителям и публицистам и в слабом стремлении провести их учения в русскую жизнь. Это связано, прежде всего, с просветителями, с которыми императрица Екатерина II поддерживала личные связи.

Поделись с друзьями

Материалы по теме:

Комедия Д.И.Фонвизина «Бригадир». Лекция
Добавить в избранное (необходима авторизация)