Нужна помощь в написании работы?

Допустимость отлагательных условий в консенсуальном договоре дарения признается в литературе. По мнению М.Г.Масевич, условия допускаются, так как могут использоваться для поощрения одаряемого к определенному поведению*(364), А.Л. Маковский, В.В. Витрянский считают, что консенсуальный договор дарения может быть совершен под отлагательным условием*(365). Но допускается ли отлагательное условие дарения, заключаемого посредством передачи вещи одаряемому? Этот вопрос неразрывно связан с характеристикой дарения, совершаемого посредством передачи вещи одаряемому. В российской науке гражданского права высказаны три мнения о природе дарения. Первое состоит в том, что дарение - одно из оснований приобретения субъективных прав (не только вещных, но и обязательственных). Оно было высказано Д.И. Мейером*(366), а в современной литературе отчасти поддержано Р.А. Максоцким*(367). Другое мнение состоит в том, что дарение - это основание приобретения права собственности (К.П. Победоносцев)*(368). В современной цивилистике оно продолжено М.И. Брагинским и В.В. Витрянским*(369), которые подчеркивают, что договор, заключаемый посредством передачи дара одаряемому, не влечет возникновения обязательства. Третье мнение состоит в том, что, несмотря на различия между реальным и консенсуальным договорами дарения, и тот, и другой составляют основания обязательства*(370).

Отсутствие обязательства в случае заключения договора дарения посредством передачи дара одаряемому, а также направленность воли собственника на безвозмездную передачу вещи позволяют считать дарение, совершаемое посредством передачи дара одаряемому, вещной сделкой (а в случае, если предмет дарения - имущественные права или освобождение от обязанности, дарение можно считать распорядительной сделкой). Вещная сделка непосредственно, т.е. независимо от обязательства, влечет переход к приобретателю вещного права. Но момент возникновения вещного права у приобретателя вещи по договору определяют стороны.

Согласно ст. 223 ГК РФ право собственности к приобретателю движимой вещи по договору переходит в момент передачи вещи лишь в том случае, если иное не предусмотрено договором. Нормы о дарении не содержат никакой императивной нормы о моменте перехода права собственности на движимую вещь к одаряемому. Следовательно, договор дарения, заключаемый посредством передачи дара одаряемому, может включать в себя отлагательное условие. В этом случае с момента передачи дара до момента перехода к одаряемому права собственности одаряемый является титульным владельцем вещи. Риск случайной гибели вещи, если иное не предусмотрено договором, остается на собственнике, так как собственник несет риск случайной гибели или случайного повреждения имущества (ст. 211 ГК РФ).

Проблему применения ст. 157 ГК РФ к договору дарения составляет дарение под отменительным условием. В этой проблеме можно выделить три вопроса: (1) допускаются ли отменительные условия договора дарения? (2) как соотносятся отменительное условие дарения и отмена дарения? (3) каковы последствия наступления отменительного условия?

По вопросу о допустимости дарения под отменительным условием высказаны два противоположных мнения. А.Л. Маковский считает эти условия недопустимыми, отмечая исчерпывающий перечень оснований, по которым возможна отмена дарения (п. 2 ст. 577, ст. 578 ГК РФ)*(371). В.В. Витрянский считает, что договор дарения может быть заключен под отменительным условием, которое может наступить до передачи дара одаряемому*(372). Поскольку в силу ст. 407 ГК РФ обязательство прекращается по основаниям, предусмотренным договором, следует согласиться с мнением В.В. Витрянского о допустимости отменительных условий, которые могут наступить до передачи дара одаряемому.

Что же касается отменительных условий, которые наступят после передачи дара одаряемому, эти отменительные условия влекут прекращение права собственности и, следовательно, могут характеризоваться как противоречащие и праву собственности, и существу сделки.

Согласно п. 4 ст. 578 ГК РФ в договоре дарения может быть обусловлено право дарителя отменить дарение в случае, если он переживет одаряемого.

Можно ли считать п. 4 ст. 578 ГК РФ нормой, разрешающей сторонам включить в договор дарения отменительное условие? В дореволюционной цивилистике условие о возврате дара в случае, если даритель переживет одаряемого (ст. 976 т. X Свода законов гражданских Российской империи), оценивали в качестве отменительного условия дарения*(373). В науке римского права эту разновидность дарения тоже считают дарением под условием, и, кстати, она именуется "дарением на случай смерти"*(374).

Внимание!
Если вам нужна помощь в написании работы, то рекомендуем обратиться к профессионалам. Более 70 000 авторов готовы помочь вам прямо сейчас. Бесплатные корректировки и доработки. Узнайте стоимость своей работы.

С.Н. Соловых считает, что условие договора дарения о праве дарителя отменить дарение, если он переживет одаряемого, является отменительным условием и к нему применяются правила ст. 157 ГК РФ*(375). Противоположную точку зрения высказала Т.Н. Халбаева, которая отмечает: в п. 4 ст. 578 ГК РФ отсутствует указание на отменительное условие, так как отменительное условие предусматривается не нормою права, а непосредственно участниками сделки*(376).

Представляется необходимым согласиться именно с выводом С.Н. Соловых, так как в случае применения п. 4 ст. 578 ГК РФ право отмены дарения возникает не в силу прямого указания закона, а из соглашения сторон.

Согласно п. 4 ст. 578 ГК РФ договором может быть предусмотрено право дарителя отменить дарение, если он переживет одаряемого.

Представляется, что п. 4 ст. 578 ГК РФ имеет в виду обстоятельство (смерть одаряемого, наступившая раньше, чем смерть дарителя), которое наступает после передачи дара одаряемому, влечет прекращение права собственности одаряемого (имущество не включается в наследственную массу) и отвечает признакам отменительного условия. Поскольку при этом прекращение права собственности отменительным условием противоречит существу права собственности (ограничивая самостоятельность собственника и возлагая имущественные лишения на наследников одаряемого), потребовалось специальное разрешение законодателя, чтобы данное условие стало возможным.

В пункте 2 ст. 572 ГК РФ речь также идет о прекращении права собственности одаряемого по инициативе дарителя. Согласно п. 2 ст. 578 ГК РФ даритель вправе потребовать в судебном порядке отмены дарения, если обращение одаряемого с подаренной вещью, представляющей для дарителя большую неимущественную ценность, создает угрозу ее безвозвратной утраты.

О.Н. Садиков верно отмечает, что отмена дарения по причине, указанной в п. 2 ст. 578 ГК РФ, предполагает, что одаряемому известно, какую ценность представляет для дарителя предмет договора.

Очевидно, только из отношений сторон, предшествовавших договору дарения, может следовать осведомленность одаряемого в том, что вещь "представляет для дарителя большую неимущественную ценность" (п. 2 ст. 578 ГК РФ)*(377). Можно признать, что опасность уничтожения вещи имеет сходство с отменительным условием, однако данное обстоятельство не влечет прекращения права собственности само по себе, а дает право в судебном порядке требовать отмены дарения.

При этом нужно учесть, что в русской дореволюционной доктрине*(378) проводилась классификация условий сделки на явно выраженные и подразумеваемые; под первыми понимались условия, предусмотренные договором, подразумеваемые условия определялись как условия, которые в договоре не выражены, но следуют из отношений сторон, предшествовавших заключению договора и из разумно понимаемых интересов сторон.

Согласно ст. 431 ГК РФ при толковании условий договора принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. При невозможности определить содержание договора исходя из буквального содержания слов и выражений выясняется действительная воля сторон с учетом цели договора. Коль скоро п. 2 ст. 578 ГК РФ позволяет учесть обстоятельства, не получившие отражения в тексте договора, вряд ли можно согласиться с дореволюционными цивилистами в их позитивном отношении к подразумеваемым условиям. Представляется, что наличие таких условий может повлечь нарушение прав и законных интересов сторон договора.

Итак, при толковании ст. 578 ГК РФ можно разграничить отмену дарения в силу указания закона (п. 1, 3 ст. 578 ГК РФ) и отмену дарения в силу указания договора (п. 4 ст. 578 ГК РФ и с определенными оговорками п. 2 ст. 578 ГК РФ). В пункте 4 ст. 578 ГК РФ содержится дозволение связывать дарения с отменительным условием "если даритель переживет одаряемого".

Таким образом, понятия отмены дарения и отменительного условия пересекаются, но не совпадают.

Понятие "отмена договора" недостаточно раскрыто в отечественной цивилистической доктрине. Причиной отмены дарения считают противоречие между мотивами и результатом дарения*(379), недостижение целей дарения (ст. 578 ГК РФ)*(380), отмечается связь отмены дарения с безвозмездностью сделки. По справедливому замечанию В.В. Витрянского, отмену дарения нельзя считать случаем расторжения договора, так как обязательство прекращено исполнением*(381).

А.М. Эрделевский считает условие договора дарения, о котором идет речь в п. 4 ст. 578 ГК РФ, соглашением о расторжении договора дарения с правом истребования исполненного по нему (п. 4 ст. 453 ГК РФ), заключенным под отлагательным условием (п. 1 ст. 157 ГК РФ)*(382).

Е.А. Суханов использует термин "реституция дара"*(383). И.В. Елисеев полагает, что даритель, отменяя дарение, "фактически аннулирует договор как факт, повлекший юридические последствия"*(384).

Если принять точку зрения И.В. Елисеева, придется признать, что, коль скоро договор "аннулирован", то плоды и доходы, извлеченные в результате пользования предметом дарения, составляют неосновательное приобретение наследников одаряемого.

Обязанность одаряемого или наследников одаряемого возместить стоимость плодов и доходов, извлеченных в период до отмены дарения, не согласуется с целью дарения, поэтому с точкой зрения И.В. Елисеева вряд ли можно согласиться.

В литературе часто отмечается, что отмена дарения возможна лишь в том случае, если предмет дара сохранился в натуре. В.В. Витрянский отмечает, что при отмене дарения "реальный договор дарения, сопровождаемый передачей имущества, уже состоялся как юридический факт, а консенсуальный договор дарения прекратился в силу его надлежащего исполнения"*(385).

В таком случае что же прекращает отмена дарения? Очевидно, отмена дарения прекращает юридические последствия дарения, а именно - право собственности одаряемого.

Можно обратить внимание на юридические последствия отмены дарения: в случае отмены дарения одаряемый обязан возвратить подаренную вещь, если она сохранилась в натуре к моменту отмены дарения (п. 5 ст. 578 ГК РФ). Юридические последствия отмены дарения состоят в преемстве в праве собственности. Последствием применения нормы п. 3 ст. 578 ГК РФ будет являться возврат подаренной вещи в конкурсную массу должника (при условии, если вещь сохранилась в натуре к моменту отмены дарения), отмечает В.А. Химичев.

Таким образом, ст. 577 ГК РФ соотносится как специальная норма с общей нормой ст. 407 ГК РФ (обязательство прекращается по основаниям, предусмотренным законом или договором). А статья 578 ГК РФ соотносится как специальная норма со ст. 235 ГК РФ: право собственности прекращается по основаниям, предусмотренным в соответствии с законом.

Нужно заметить, что п. 4 ст. 578 ГК РФ, согласно которому в договоре дарения может быть обусловлено право дарителя отменить дарение в случае, если он переживет одаряемого, не предусматривает обращения в суд. Может возникнуть спор о том, имел ли даритель право отменить дарение; но в этом случае суд лишь подтверждает уже состоявшееся преемство в праве собственности. Показателен один из немногих случаев применения п. 4 ст. 578 ГК РФ.

М. обратилась в суд с иском к Управлению по государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним Республики Калмыкия, требуя отмены дарения. Истица указала, что подарила своему сыну жилой дом и земельный участок, однако одаряемый умер. Истица ссылалась на п. 8 договора дарения, в котором было предусмотрено, что дарение отменяется в судебном порядке, если даритель переживет одаряемого, право собственности на дом и земельный участок должно быть возвращено в первоначальное положение. Суд первой инстанции удовлетворил иск об отмене дарения. Суд второй инстанции это решение отменил ввиду неправильного применения норм материального и процессуального права и отметил, что п. 8 договора предусмотрено право дарителя требовать в судебном порядке отмены дарения, если даритель переживет одаряемого. Из смысла п. 4 ст. 578 ГК РФ следует, что М. вправе самостоятельно произвести отмену дарения без обращения в суд с последующей государственной регистрацией прав в порядке, предусмотренном ст. 16 Федерального закона "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним", условие договора о необходимости отмены дарения в судебном порядке противоречит закону, в связи с этим заявление М. не подлежало рассмотрению в порядке гражданского судопроизводства*(386). Нельзя согласиться с выводом суда Республики Калмыкия. Из смысла п. 4 ст. 578 ГК РФ действительно следует, что дарение отменяется заявлением дарителя, однако спор о прекращении права собственности одаряемого подведомственен суду; в судебной защите нарушенного права не может быть отказано.

Смерть одаряемого, последовавшая раньше, чем смерть дарителя, является предпосылкой осуществления секундарного права: даритель заявляет об отмене дарения.

Отмену дарения можно определить как требование дарителя или наследников дарителя о прекращении права собственности одаряемого. Отмена дарения допускается только при наличии оснований, предусмотренных ст. 578 ГК РФ, и осуществляется в судебном порядке. В качестве исключения допускается отмена дарения посредством односторонней сделки - заявления дарителя в случае, если договором дарения предусмотрено право дарителя отменить дарение, если он переживет одаряемого.

Отмена дарения отличается от расторжения договора тем, что, во-первых, отмена дарения совершается после того, как обязательство из договора прекращено надлежащим исполнением; во-вторых, отмена дарения предполагает возвращение исполненного по договору.

Рассмотрим действие отменительного условия. Согласно п. 5 ст. 578 ГК РФ в случае отмены дара одаряемый возвращает вещь, если она сохранилась в натуре к моменту отмены дарения.

В нотариальной практике возник вопрос о том, вправе ли одаряемый распоряжаться вещью. На этот вопрос следует ответить утвердительно, поскольку одаряемый является собственником, он осуществляет правомочие распоряжения по своему усмотрению. И.В. Елисеев полагает, что к одаряемому может быть предъявлено требование о возмещении вреда по нормам гл. 59 ГК РФ, если одаряемый произвел отчуждение вещи или права с целью избежать их возврата либо преднамеренно совершил иные действия, делающие возврат невозможным (например, уничтожил дар)*(387). С этим мнением сложно согласиться, так как оно повлечет сложное и в целом мало свойственное гражданскому праву выяснение умысла. М.Г. Масевич считает, что наследники одаряемого обязаны возместить стоимость вещи лишь в случае вины одаряемого в невозможности исполнения требования дарителя о возврате вещи*(388).

С этим мнением также сложно согласиться. Отмена дарения не является санкцией. Ее значение состоит не в том, чтобы покарать одаряемого (даже в случае бесхозяйственного обращения с вещью, обладающей большой неимущественной ценностью для дарителя).

Право на отмену дарения осуществляется дарителем для того, чтобы приобрести вещь в собственность. Мотивом дарения в данном случае является стремление одарить определенное лицо, но не наследников этого лица.

Поэтому нужно согласиться с мнением В.В. Витрянского, который считает, что независимо от вины одаряемого при невозможности возвратить вещь истребуется стоимость этой вещи иском из неосновательного обогащения*(389).

Отмену дарения можно поставить в один ряд с такими действиями, как расторжение договора и отказ от договора, так как это - действия, направленные на то, чтобы прекратить правоотношение. Отмена дарения может совершаться как в судебном (п. 1-3 ст. 578 ГК РФ), так и во внесудебном (п. 4 ст. 578) порядке. Отмена дарения отличается от расторжения договора и отказа от договора тем, что при расторжении договора стороны не вправе требовать возвращения того, что было исполнено ими по обязательству до момента расторжения договора, если иное не установлено законом или соглашением сторон (п. 4 ст. 453 ГК РФ), при отмене дарения дар возвращается.

Понятие отмены дарения является видовым по отношению к общему понятию "отмена договора" (Rucktritt), известному германскому гражданскому праву. В мотивах к Гражданскому Уложению Германии цель отмены договора определили как восстановление положения, существовавшего до заключения договора*(390).

Отечественному гражданскому законодательству известны такие понятия, как отмена доверенности (ст. 188 ГК РФ), отмена завещания (ст. 1119 ГК РФ). При отмене доверенности аннулируются юридические последствия доверенности, при отмене завещания аннулируется свойство действия (завещания) как юридического (вернее, "потенциально-юридического") факта. Возвращаясь к мнению И.В. Елисеева о том, что при отмене дарения аннулируется договор как юридический факт, хотелось бы отметить - отмена доверенности прекращает юридические последствия односторонней сделки на будущее время, "аннулирования" юридического факта не происходит. Также не происходит "аннулирования" юридического факта и в случае отмены завещания, так как в случае недействительности последующего завещания наследование осуществляется в соответствии с прежним завещанием (п. 3 ст. 1130 ГК РФ).

При отмене дарения аннулируется договор как основание (титул) владения одаряемого.

По замечанию Т.И. Илларионовой, деяния лишаются режима титула либо непосредственно законом, либо в связи с признанием судом сделки недействительной, либо в связи с расторжением договора или отказом от договора, либо в связи с судебной констатацией того, что действие не может "породить" права*(391).

Отмена дарения касается и договора-сделки, и договора-правоотношения. Но в отличие, например, от французского законодательства отмена дарения как односторонняя сделка не имеет обратной силы и не влечет обязанности одаряемого (наследников одаряемого) возмещать плоды и доходы, извлеченные за период владения, не влечет недействительности сделок, совершенных одаряемым.

Отмена дарения влечет возникновение обязательства из неосновательного обогащения. Нормы гражданского законодательства о неосновательном обогащении подлежат применению к требованиям одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством (п. 3 ст. 1103 ГК РФ).

Кондикционное обязательство возникает не только в том случае, когда предметом дарения является вещь, и вещь сохранилась в натуре (п. 5 ст. 578 ГК РФ), или когда вещь уничтожена, но и в том случае, когда предметом дарения было имущественное право или исполнение обязанности дарителем перед третьим лицом за одаряемого, или прощение долга (ст. 572 ГК РФ). Любое другое решение приведет, в частности, к неравной защите кредиторов юридического лица или индивидуального предпринимателя, совершившего дарение в нарушение положений законодательства о несостоятельности (банкротстве) за счет средств, связанных с его предпринимательской деятельностью, в течение шести месяцев, предшествовавших объявлению такого лица несостоятельным (банкротом) (п. 3 ст. 572 ГК РФ): в случае дарения вещи стоимость вещи "вернется" в состав конкурсной массы, а в случае дарения имущественного права - нет.

Итак, в случае отмены дарения возникает обязательство из неосновательного обогащения, речь идет об основании приобретения, отпавшем впоследствии.

Сделки одаряемого, совершенные в период, предшествующий наступлению условия, действительны, даже если последствием этих сделок является невозможность последствий, поставленных в зависимость от условия. Согласно ст. 209 ГК РФ собственник владеет, пользуется и распоряжается вещью своей волей и в своем интересе. Закон не ограничивает правомочие распоряжения.

Если правомочие распоряжения не ограничено законом, то можно ли в договоре дарения предусмотреть обязанность одаряемого не распоряжаться предметом дарения?

Как отмечает В.П. Камышанский, судебное решение и договор нельзя рассматривать как самостоятельный источник ограничения права собственности. Договор может содержать ограничения права собственности, если это предусмотрено законом*(392).

Статья 307 ГК РФ не исключает обязательств, содержанием которых выступает обязанность бездействия. В то же время условия договора, устанавливающие обязанность собственника не распоряжаться вещью, могут оцениваться как ограничивающие дееспособность (ст. 22 ГК РФ) и поэтому недействительные (ст. 168 ГК РФ).

Кроме того, согласно ст. 209 ГК РФ собственник осуществляет распоряжение вещи по своему усмотрению и, согласно ст. 1 ГК РФ, гражданские права могут быть ограничены только на основании федерального закона. Наконец, запрет распоряжения как "самоограничение" собственника, наверное, противоречит нуждам оборота, ведь вещь в течение определенного срока не может быть предметом сделок.

Все эти соображения (подкрепленные отсутствием в законе указания о недопустимости распоряжения предметом дарения в период, предшествующий отлагательному условию) позволяют сделать вывод о том, что одаряемый распоряжается безвозмездно переданным имущество по своему усмотрению.

Условия сделки, ограничивающие право одаряемого распоряжаться вещью, недействительны как противоречащие ст. 209 ГК РФ.

Следовательно, неизбежен вопрос о том, нужны ли отечественному законодательству нормы п. 2, п. 4 ст. 578 ГК РФ?

Во-первых, они противоречат существу права собственности, поскольку чрезмерно стесняют свободу и самостоятельность собственника.

Право собственности - это наиболее широкое, наиболее полное право на вещь. В самом этом праве не заложено никаких пределов, которые могли бы его ограничить. Все ограничения возможны только "извне" и устанавливаются только законом. Прекращение права собственности по основаниям, предусмотренным не законом, а договором (как происходит в случае наступления отменительного условия, упомянутого в п. 4 ст. 578), противоречит сущности права собственности.

Во-вторых, эти отменительные условия нарушают интересы третьих лиц, так как, например, наследники одаряемого сталкиваются с исключением имущества из состава наследства (п. 4 ст. 578 ГК РФ).

Кроме того, есть опасность применения этих норм по аналогии закона к завещательным распоряжениям, договору купли-продажи и иным сделкам, направленным на приобретение права собственности. Попытки применить норму об отменительном условии дарения к завещанию имелись в дореволюционной цивилистике*(393). В современной нотариальной практике уже возник вопрос о применении нормы п. 4 ст. 578 ГК РФ по аналогии закона, правда, не к завещанию, а к договору ренты*(394).

В-третьих, сохранение норм п. 2 и п. 4 ст. 578 ГК РФ в российском законодательстве нецелесообразно еще и потому, что эти нормы фактически не защищают дарителя, которого они призваны защитить.

Действительно, в чем состоит интерес дарителя? В комментариях к п. 2 ст. 578 ГК РФ отмечается, что намерение дарителя состоит в том, чтобы не только увеличить имущество одаряемого, но и "отдать вещь в надежные руки"*(395). В случае применения п. 2 ст. 578 ГК РФ, интерес дарителя состоит в том, чтобы обеспечить сохранность вещи, имеющей для него большую неимущественную ценность.

Но право собственности одаряемого может быть прекращено по любому из оснований, предусмотренных законом, и в этом случае интерес дарителя обеспечить сохранность вещи, "представляющей для него большую неимущественную ценность", очевидно, не будет удовлетворен.

Следовательно, использование возможностей, предоставленных п. 2 ст. 578 ГК РФ, не позволяет дарителю эффективно защитить свой частный интерес, состоящий в том, чтобы обеспечить сохранность вещи, а законодатель, неэффективно защищая этот интерес, допускает противоречие между ст. 209 и п. 2 ст. 578 ГК РФ. Противоречие состоит в том, что обязанность собственника не допускать бесхозяйственное использование и обеспечивать сохранность таких вещей, как культурные ценности, жилые помещения, земельные участки, может быть установлена законом, а не договором, причем устанавливается в интересах общества в целом, а не каких-то конкретных лиц.

Нужно признать, что п. 2 ст. 578 содержит внутреннюю противоречивую конструкцию: право собственности соединяется с обязанностью обеспечить сохранность вещи в интересах определенного лица.

В литературе отмечается, что в п. 4 ст. 578 ГК РФ имеется ввиду отменительное условие, судя по которому "даритель намерен одарить именно одаряемого и никого другого, не желая увеличивать имущество правопреемников одаряемого"*(396). С.Н. Соловых верно отмечает намерение дарителя увеличить имущество строго определенного физического лица.

Но в отличие от права требования право собственности по своей сущности не может быть тесно связано с личностью управомоченного. Поэтому законодатель не только допускает противоречие между ст. 209 и п. 4 ст. 578 ГК РФ, но и не защищает п. 4 ст. 578 ни одну из сторон дарения, - даритель не вправе запретить одаряемому распоряжаться вещью.

Сказанное позволяет признать нецелесообразным сохранение в российском гражданском законодательстве норм о дарении под явно выраженным или подразумеваемым (п. 4 и п. 2 ст. 578 ГК РФ) условием.

Если рассмотреть п. 2 и 4 вместе, легко заметить, что устанавливаются признаки, свойственные узуфрукту.

Узуфрукт определялся в римском праве как право пользоваться чужой вещью и извлекать из нее плоды, сохраняя саму вещь неизменной (D. 7.1.1). Современное иностранное законодательство также указывает на такие признаки узуфрукта, как право пользования непотребляемой вещью, обязанность поддерживать вещь в неизменном состоянии, личный характер права. Вещь может быть обременена таким образом, чтобы лицо, в пользу которого установлено обременение, имело право извлекать выгоды от пользования вещью (п. 1 § 1030 ГГУ). Пользователь не вправе переделать либо подвергнуть вещь существенным изменениям (п. 1 § 1037 ГГУ).

Сходство п. 2 и п. 4 ст. 578 ГК РФ с понятием узуфрукта состоит в том, что, во-первых, право владеть и пользоваться вещью предоставлено определенному лицу, связано с личностью управомоченного, во-вторых, управомоченный обязан обеспечить сохранность вещи, в-третьих, право прекращается смертью управомоченного.

Узуфрукт является ограниченным вещным правом, он был известен дореволюционной доктрине. Конечно, если бы речь шла только о дарении, можно было бы сомневаться в целесообразности признания узуфрукта как нового, неизвестного современному российскому законодательству вещного права.

Но представляется, что в российском гражданском праве есть несколько задач, которые решаются при помощи понятия "узуфрукт", и совершенствование норм о дарении - только одна из этих задач.

Эти задачи можно только назвать, так как подробное их разрешение вышло бы за пределы работы.

Во-первых, понятие узуфрукта может быть использовано для характеристики вещного права пользования жилым помещением, возникающего из завещательного отказа (ст. 33 Жилищного кодекса РФ).

В Концепции развития гражданского законодательства о недвижимом имуществе предлагалось ввести понятие жилищного узуфрукта*(397). Соглашаясь с этим понятием, жилищный узуфрукт можно определить как ограниченное вещное право, состоящее в возможности владеть и пользоваться жилым помещением наравне с собственником (если иное не предусмотрено законодательством), без выплаты собственнику вознаграждения за пользование.

Понятие узуфрукта позволит подчеркнуть цивилистическую, а не публично-правовую направленность нормы ст. 33 ЖК РФ и определить право пользования жилым помещением как вещное право.

Введение в российское законодательство понятия узуфрукта (который составляет ограниченное вещное право) позволит более эффективно, чем это делает сегодня ст. 578 ГК РФ, защитить интересы лица, безвозмездно предоставляющего имущество.

Институт узуфрукта, с одной стороны, позволит более эффективно выразить связь субъективного права с личностью управомоченного, с другой стороны - защитит интерес дарителя обеспечить сохранность определенной вещи. Поэтому предлагается заменить внутренне противоречивую конструкцию дарения под отменительным условием (п. 4 ст. 578 ГК РФ) институтом узуфрукта.

Для этого предлагается исключить из ст. 578 п. 2, 4 и дополнить Гражданский кодекс РФ гл. 19.1 "Узуфрукт", узуфрукт определить как ограниченное вещное право, предоставляющее управомоченному возможность извлекать плоды и доходы из пользования чужой непотребляемой вещью, разграничить "общегражданский" и жилищный узуфрукт и признать, что отменительные условия договора дарения допускаются только в том случае, если они наступают до передачи дара одаряемому.

Поделись с друзьями
Добавить в избранное (необходима авторизация)