Поделись с друзьями
Нужна помощь в написании работы?

В 20 веке в развитие наук о человеке вторглась философия, не только заявившая свои права на изучение человека, но и подвергнувшая резкой критике естественнонаучный подход к его природе. Притязания философии на открытие уникальности положения человека в мире получили резкий отпор со стороны ученых, которые считали, что человек отличается от животного не более, чем другие существа отличаются друг от друга. Этот спор был плодотворным в том отношении, что привел к осознанию одностороннести обеих позиций: если наука игнорировала специфику человека и его уникальное положение в ряду других живых существ, то философия, ориентированная на идею человека, оставляла вне поля своего внимания интересные данные и оригинальные программы исследования, разработанные представителями биологической антропологии и этнологии.

Антропологический поворот в философии 20 столетия, связанный с именами В.Соловьева, М.Шелера, Х.Плесснера, М.Бубера, В.Несмелова, Н.Бердяева и др. был вызван уже не столько реакцией против научного подхода к человеку, сколько с необходимостью изменения классической философии, которая абсолютизировала разум и сводила человека к абстрактной идее. Не только разум и поиски истины, но и духовные переживания высших ценностей: стремление к любви, вере, надежде, нравственной солидарности отличают людей от животных. Рассматривая человека как культурное и социальное существо, философская антропология не редуцирует его к психофизиологическим и социальным структурам, а считает свободным и отвественным субъектом решений и поступков.

Философская антропология тяготеет к методам гуманитарнах наук, которые рассматривают человека не как объект, а как чувствующее и переживающее существо, способное к саморефлексии. Такой подход был характерен и для русской философии, выдающиеся представители которой — В.Соловьев, Н.Бердяев, С.Франк и другие существенно расширили философское понимание человека, дополнением традиционного набора телесных и разумных качеств духовными константами, определяющими порядок душевных переживаний. Если ранее полагали, что всеобщие и необходимые понятия и принципы достижимы лишь на основе разума, и что чувства и переживания людей индивидуальны и противоречивы, то отмеченные мыслители, указали на достаточно твердый порядок сердца, выражающийся в ценностной структуре личности. В любви и вере человек также выходит за рамки животных инстинктов и определяет свои желания высшими ценностями, которые он считает божественными или общечеловеческими. Конечно такого рода аналитика характеризует структуру современных переживаний и не является универсальной для любых культур, однако в ней нашли отражение сущностные характеристики человека и его места в бытии: он отличается от животных осознанием своей смертности, слабый и беззащитный как былинка в поле он становится равным могущественной природе благодаря познанию и культурному творчеству.

Ситуация, в которой оказался человек в 20 столетии, хорошо выражена словами М.Шелера: человек сегодня не знает, что он есть, но он знает, что он этого не знает. Путь человека проблематичен и в этих условиях уже бессмыссленно пытаться определить вечные идею, суть и назначение человека. Отвечая на вызов времени, он сам должен осознать свое назначение в мире. Эта неспециализированность и незавершенность человека, отличающая его от вещи, означает и нечто позитивное, а именно — открытость миру. Только человек имеет мир, тогда как животное лишь среду обитания. Это дает возможность свободы и творчества: отсутсвие готовых инстинктов вынуждает создавать собственный порядок. При этом человек может стать не только выше, но и ниже животного и его путь полон опасностей. Если животное царство, несмотря на его видимую жестокость, устроено в целом достаточно гармонично и соответствует условиям окружающей среды, то мир людей полон противоречий, источником которых является самодостаточность, автономность человека: он является такой частью целого, которая одновременно репрезентирует весь род и поэтому склонен к самовозвышению.

В немецкой классической философии происходит существенное ограничение в понимании свободы человека (в отличие от античной филос. и филос. Ренессанса): Кант исходил из понятия долга и сводил свободу к выбору. Только Кьеркегор нашел смелость поставить человека в ситуацию изначального творчества и указал на его одиночество в великом выборе «или-или» между божественным и земным. Свобода самопроектирования ограничена наличным бытием и поэтому человеческое существование характеризуется чувством заброшенности. Наиболее радикально эта идея была продолжена Сартром: у человека сущность не предшествует существованию и он проектирует себя сам, он обречен на свободу и это налагает на него особую ответственность.

Идеи экзистенциальной философии, к родначальникам которой относятся и русские философы Н.Бердяев и Л.Шестов, исходят из крайне развитого в европейской цивилизации чувства индивидуализма и наделяют человека некоторыми искусственными желаниями, выдавая их при этом за естественные. Исходя из допущения Ницше о безграничной пластичности человека, экзистенциальные философы недооценивали цивилизационное значение культурных форм повседневности и считали их репрессивными, подавляющими индивидуальную свободу структурами власти. Творчество действительно связано с преодолением необходимости и освобождением от природного и социального принуждения. Но именно поэтому оно легко переходит в произвол, а разрушение сложившихся форм культуры нередко оборачивается властью утопий и фантазий. Платон, Аристотель, Кант, Гегель и другие философы классики ограничивали волю человека идеальными, божественными или нравственными нормам.

Но в 20 столетии человек занял место, ранее принадлежавшее Идеям, Природе и Богу, он сам стал считать себя творцом и ниспровергателем ценностей. Между тем творчество — это не просто создание нового, но и исполнение необходимого, служение тому, что выше человека и его смирение перед ним. Только в случае признания ценности природы, других людей и уже имеющихся культурных традиций и произведений возможно сохранение и развитие человечества.

В истории философии человек раскрывался как божественное, разумное и культурное существо. Это предполагает вопрос о том, как создается культура. По отношению к отдельному человеку она скорее выступает как творящее, а не творимое начало. Как творец он ощущает себя юным, а как творение — древним и эта двойственность составляет специфику культурно-исторического сознания. Но при этом важно помнить, что далеко не всегда творчество определялось как произвольное создание нового. В этой ориентации проявляется специфика рыночной экономики, требующей новизны. Подлинная же культура выражается в усвоении наследия, которое каждый человек понимает и применяет в своей жизни по-своему.

Современное естествознание стремится обойти крайности «биологизации» и «социологизации» в понимании природы человека. Тем не менее, в истории науки существуют крайние точки зрения по вопросу соотношения биологического и социального в человеке. Панбиологизм выводит все особенности человека из его биологической природы и настаивает на полной зависимости индивидуального развития человека от генетических факторов. Пансоциологизм, напротив, утверждает, что генетические задатки у всех людей одинаковы, а личность и характер человека формируются только под влиянием общества и являются результатом воспитания и образования.

В современной науке наиболее распространенной является точка зрения, согласно которой генетически наследуются не способности человека, а только их задатки, развитие же способностей во многом зависит от условий жизни и общения. Понятно, что в этом случае особую роль приобретают первые годы жизни индивида, первоначальный этап социализации, который активизирует или, напротив, тормозит генетические механизмы. Данной точки зрения придерживается социобиология — научная дисциплина, изучающая генетические основы социального поведения животных и человека, их эволюцию под действием естественного отбора. Иными словами, социобиология представляет собой синтез популяционной генетики, этологии и экологии.

Возникновение социобиологии связывается с выходом в 1975 г. книги американского ученого Э. Уилсона «Социобиология: новый синтез». По мнению автора, социобиология призвана выявлять сходство между социальным поведением животных и человека, прояснять механизмы генетической детерминации поведения человека. В частности, одной из главных проблем данной дисциплины является проблема генетических, биологических основ морального поведения. Все свои рассуждения Уилсон строит на убеждении, что сознание вообще, а не только моральное сознание является устройством для выживания и воспроизводства, а разум — всего лишь один из инструментов биологического воспроизводства.

В методологическом плане социобиология экстраполирует выводы, полученные при изучении поведения животных, на человека, утверждая ведущую роль биологических факторов в развитии личности. При этом роль культурных влияний не отрицается, однако им отводится второстепенная роль. Социобиология выступает с идеей синтеза биологического и социального знания, но на основе биологии. В этой ситуации возникает вопрос о правомерности полной аналогии между поведением животных и человека, и тем более сомнительно выглядит тотальная экстраполяция данных биологии на человеческое общество. Здесь не вызывает сомнений тот факт, что человек — часть живой природы, и поэтому он подчиняется биологическим законам, однако объяснение поведения человека только в биологическом аспекте вряд ли правомерно.

Анализ процесса антропогенеза позволяет сделать вывод о том, что биологическая эволюция завершилась 30—40 тыс. лет назад после возникновения человека разумного. С тех пор человек выделился из животного мира, и биологическая эволюция перестала играть решающую роль в его развитии. Определяющим фактором в развитии стала социальная эволюция, от которой сегодня зависит биологическая природа, физический облик и умственные способности человека.

С завершением процесса антропогенеза закончилось и действие группового отбора как ведущего фактора эволюции. Отныне все развитие человека обусловлено социальными условиями жизни, определяющими развитие его интеллекта и целесообразной деятельности. Необходимо отметить также, что с появлением человека разумного генетическая информация утрачивает свое главенствующее значение, она замещается социальной информацией. Хотя в настоящее время продолжает сохранять свое значение мутационный процесс как источник генотипической изменчивости, а также, в известной мере, действует стабилизирующая форма естественного отбора, устраняя резко выраженные отклонения от средней нормы. Примером действия стабилизирующего отбора служит повышенная смертность недоношенных детей вследствие снижения их жизнеспособности, а также повышенная смертность мальчиков в первые годы после рождения вследствие фенотипического проявления неблагоприятных аллелей, локализованных в одной из хромосом.

Будучи продуктом биологической эволюции, человек никогда не выйдет за границы своей биологической природы. Однако замечательной особенностью биологической природы человека является его способность к усвоению социальных явлений. Биологическое и социальное начала выступают генетически и функционально связанными уровнями целостной организации человека. Биологическое начало, будучи первичным во времени, детерминирует социальное начало, становится предпосылкой его воспроизведения. Поэтому биологическое есть необходимое, но не достаточное условие становления и функционирования социального. И действительно, человек не может возникнуть без биологического основания, ибо его наличие — непременное условие и обязательная предпосылка выделения человека из животного мира. Однако обезьяна не может превратиться в человека только по законам развития органического мира. Здесь нужно нечто большее. Человек приобретает свою социальную сущность не в силу биологических законов, а в силу законов общественного развития. Таким образом, социальное приобретает относительную независимость от биологического и само становится необходимым условием своего дальнейшего существования.

Однако выход человека из природы вовсе не означает, что теперь для него устанавливается абсолютное противостояние природе. Более того, человек должен, как и все живое, приспосабливаться к ней. Но в отличие от животных, которые непосредственно приспосабливаются к изменениям окружающей среды, человек достигает поставленной цели за счет изменения природы, преобразования ее. В ходе этого создается мир искусственных предметов и явлений, рядом с естественным миром природы возникает искусственный мир человеческой культуры. Именно таким образом человек удерживает свою родовую сущность и превращается в общественное существо.

Общество всегда вынуждено в той или иной мере считаться с биологической основой людей, заботиться об удовлетворении возникающих на этой основе потребностей. Хотя общественный прогресс детерминируется социальными факторами, он не может игнорировать возможности человеческой биологии. Конечно, роль биологических факторов в истории является не постоянной, а переменной величиной. Видимо, в антропогенезе она имела доминирующее значение, но в процессе перехода от антропогенеза к со-циогенезу определяющим стал социальный фактор. С возникновением же общества происходит окончательное подчинение биологического социальному, что ни в коей мере не означает вытеснения и отмены биологического. Оно просто перестает быть ведущим. Но оно существует, и его присутствие напоминает о себе многообразными проявлениями. Ведь жизнедеятельность каждого отдельного человека подчинена биологическим законам. Другое дело, что потребность нашего организма мы удовлетворяем в рамках тех возможностей, которые нам предоставляются обществом.

Да и в индивидуальном развитии человека соотношение биологического и социального начал меняется. В эмбриональном периоде, который продолжается от момента оплодотворения женской яйцеклетки мужским сперматозоидом до рождения ребенка, развитие организма происходит по жестко закрепленной генетической программе при сравнительно слабом влиянии окружающей социальной среды. Это влияние осуществляется опосредованно, через организм матери. На этапе эмбрионального развития важнейшей задачей является реализация генетической программы, полученной от родителей и закрепленной в ДНК. При этом каждый человек является носителем уникального набора генов1, которым обусловливаются все внешние признаки человека — цвет волос, кожи и глаз, телосложение, рост. Кроме того, генотип определяет способности человека, его склонности к тем или иным занятиям. Разумеется, наследуются не сами способности, а лишь их задатки, для проявления которых необходимы благоприятные условия социальной среды. Так, ребенок может обладать великолепными музыкальными задатками, но если у него не было возможности заниматься музыкой, то они так и останутся неразвитыми.

Также не следует забывать, что не наследуется умение говорить, мыслить, трудиться. Это тоже задатки, которые проявятся лишь при постоянном общении ребенка с другими людьми. Если они не востребованы вовремя, то генетический потенциал гаснет, и ребенок никогда не сможет стать полноценным человеком.

Итак, наследственность определяет то, каким может стать организм, но развивается человек под воздействием социальной среды. Поэтому каждый человек есть одновременно и часть природы, и продукт общественного развития. Очевидно, это касается также умственных и творческих способностей человека.

Объективный поход к решению вопроса о соотношении биологического и социального, вероятно, заключается в необходимости взглянуть на человека с трех позиций: биологической, психологической и социальной. Человека можно рассматривать как физическое тело, принадлежащее биологическому миру и подчиняющееся его законам. Такой взгляд выражается в понятии «индивид», обозначающий конкретного представителя человеческого рода как носителя психофизиологических качеств. В этом понятии собственные индивидуальные особенности человека не принимаются во внимание, речь идет только об общих с другими людьми свойствах, т.е. человек рассматривается как один из многих представителей вида Homo sapiens.

При рождении у человека еще не сформированы до конца анатомо-морфологические системы, они завершают свое формирование в условиях социума. В отличие от других видов животных человек слабее «привязан» к природе. Животное от рождения имеет большой набор инстинктивных форм поведения, наделено всеми свойствами, необходимыми для выживания. Человек же, если только рассматривать его как биологический организм, в момент своего рождения является существом недостаточно развитым. В природном царстве он был бы обречен на гибель. Однако процесс антропогенеза выработал гибкую систему внеинстинктивных ориентиров, выражающихся в биологической готовности усваивать культурно-исторические достижения общества.

Социокультурный взгляд на человека выражается в понятии «личность», которое означает понимающее и мыслящее существо, способное к саморефлексии. Индивид становится личностью в процессе социализации и инкультурации, через общение с другими людьми и усвоение в процессе этого общения культурных достижений человечества и его родной культуры, поэтому личность иногда определяется как социальная индивидуальность. Таким образом, личность — это субъект общественных отношений, деятельности и общения людей. Только в деятельности человек выступает и самоутверждается как личность, играя разнообразные социальные роли. Именно через деятельность осуществляются процессы социализации и инкультурации, в ходе которых человек становится личностью.

Понятие «личность» следует отличать от понятия «характер» — совокупности психологических особенностей человека, его психологической индивидуальности. Уникальность личности выражается в понятии «индивидуальность». Основа уникальности человека заложена на биологическом уровне: каждый человек, обладая общими видовыми характеристиками, всегда остается неповторимым.

Важнейшей характеристикой личности является свобода выбора, на которой строится ответственность человека за свои поступки. Свободный выбор человек делает на основе воспитанных у него и развитых им самим нравственных и волевых качеств, усвоенных им норм поведения, фиксирующих ценности той или иной культуры.

Поэтому вопрос о соотношении свободы и необходимости в поведении человека, о нормах морали, регулирующих его, всегда привлекал самое пристальное внимание теологов, философов, а в последнее время и ученых.

Материалы по теме: